— Отморозок, справа на два часа! — Надрываясь орет Шерхан.
Кидаю взгляд и вижу метрах в пятидесяти «духа» с трубой, наводящегося на мою позицию. Если успеет выстрелить мне крышка. Доворачиваю ствол и на вскидку бью, молясь про себя чтобы «дух» не успел. Повезло. Я срезал его раньше. Однако меня здесь уже заметили, и теперь дело времени, пока сюда что-то не прилетит. Нужно переходить на оборудованную запасную позицию. Ползу вжимаясь в скальный грунт и сбивая локти о камни. Сверху меня осыпает каменной крошкой от пуль дробящих скалу. Кто там интересно такой умный, зараза?
Через час противник занял соседнюю высоту, откуда по нам начинает гвоздить крупнокалиберный пулемет. Дело становится совсем плохим. Боекомплект подходит к концу. Иванов, запросив разрешение, подает приказ на отступление. Но теперь уйти назад будет непросто. Пулемет с соседней высоты отрезает нам путь, нужно умудриться проскочить открытое пространство без укрытий, чтобы уйти из зоны поражения на следующую высоту. Мы с Эдиком, переглянувшись, подхватываем Беса который ослаб от потери крови и бегом несемся по равнине. Пули выбивают крошку из камней прямо рядом. Шерхан сзади, набегу открывает непрерывный огонь в сторону сопки с пулеметом. Нам нужно уйти раньше чем «духи», которых мы держали несколько часов, займут нашу высоту и ударят в спину.
Несемся с максимально возможной скоростью, буквально волоча за собой теряющего силы Беса. В глазах темнеет. Падаем за огромный валун, пережидая огонь и чтобы отдышаться. Вроде чуть притихло. Подхватываемся и снова бежим. Шерхан все также прикрывает нас огнем. Он мог бы давно добежать до спасительных скал впереди, но упрямо двигается сзади, отвлекая огонь на себя. Наконец, добегаем до следующего большого валуна и буквально падаем за ним. Из горла вырывается хрип. От напряжения и усталости в глазах плавают мухи, а легкие работают как кузнечные меха. Через несколько секунд видим прихрамывающего Шерхана, который кое как ковыляет к нам, за ним тянется кровавый след. Как по команде вскакиваем с Эдиком и хреначим в два ствола по суке пулеметчику, чтобы не дать ему добить Шерхана. Это помогает, огонь ослабевает, и наш товарищ добирается под спасительную защиту скал.
По высоте которую мы занимали буквально десять минут назад начинают бить наши гаубицы. Майор вызвал огонь, чтобы проредить духов, которые уже занимают наши бывшие позиции, иначе они сразу сядут нам на хвост и с ранеными, которых у нас дохрена, уйти будет невозможно.
Фигурки в серых халатах, не взирая на огонь, упрямо лезут наверх занимая наши бывшие позиции. Черт, сколько же их? Надо уходить глубже в горы. Я волоку Беса, а Эдик помогает ковылять раненному Шерхану. Так мы далеко не уйдем. Настигнут. Слышим гул вертолетов. Над нами зависли наши «крокодилы» заполняя долину гулом двигателей. Застываем глядя с надеждой на МИ-24. Чего же они медлят? Формально высота, которую сейчас занимают духи, находится на пакистанской территории. Открывать по ней огонь нельзя. Будет крупный международный скандал. Наш выход на территорию сопредельной страны можно объяснить дракой духов между собой, ведь мы не оставили там никого, кого можно было бы привязать к Союзу. А вот наши вертушки уже фиксируются техническими средствами. Но если они не собьют духов с высоты, нам не пройти дальше. Сейчас мы в укрытии за скалами, но впереди, до спасительных гор, лежит простреливаемое свободное пространство, которое нам просто не дадут пройти. Выкосят всех.