— Мистика какая-то. Но реально впечатляет, — кивнул майор, и тяжело вздохнул. — Но, вопрос о приобретении подобных навыков остается открытым. А что говорят специалисты и психологи?
— Парень психически абсолютно нормальный. — Если ты об этом ответил генерал. — Последствий от перенесенной чуть более года назад ЧМТ никаких нет. Скорость реакции и прохождение нервных сигналов у него намного выше, чем у обычных людей. Восстанавливается он тоже быстрее, это заметил наш офицер, который находился рядом в части. Но что это, его индивидуальная особенность, или результат долгих тренировок неизвестно.
— Этот парень как черный ящик — почесал нос майор. — Когда неизвестна природа его умений, может в самый неподходящий момент выдать сюрприз. А вот со знаком плюс или минус, будет этот сюрприз, неизвестно.
— Пока он удивлял нас только со знаком плюс, — заметил Виктор Петрович и перевел тему. — А как тебе понравилась часть про стройбат?
— И тут он оказался на высоте. Смог сплотить вокруг себя коллектив и за короткое время неплохо его натаскать. Стратегически, парень действовал весьма рационально, используя и личные умения и способность договариваться с противниками и с руководством части. Гибель его товарища, это трагическая случайность, а так все отлично. Видно, что умеет четко анализировать и просчитывать ситуацию. — Немного подумав, ответил майор, и осторожно добавил — Только вот этот пожар в бытовке… Думаете это его рук дело? И позывной Отморозок, это как то уж слишком. Нехорошие ассоциации возникают.
— А что нам думать? — Развел руками генерал. — Следствие установило причины и закрыло дело, а как там все было, один бог знает. В любом случае, этот парень прошел такую проверку, которую больше не прошел ни один из кандидатов. А позывной у него, как позывной. Вон у лейтенанта Бессонова вообще позывной Бес и ничего, в особой чертовщине не замечен.
— Ну, один из других кандидатов все-таки прошел схожую проверку, — осторожно заметил майор, пропустив мимо ушей замечание о чертовщине. — Как они будут взаимодействовать во время совместной подготовки? Не будет конфликта?
— Не думаю, —покачал головой генерал. — Юра очень выдержанный парень и понимает, что служба есть служба и в деле со стройбатом, каждый выполнял свою работу.
Глава 6
Военный аэродром «Тузель» под Ташкентом встретил нас не по-осеннему теплой погодой. Осень уже перевалила свой экватор и дело неумолимо идет к зиме. В Москве, откуда мы сегодня вылетели рано утром, было весьма прохладно, а с неба моросил противный холодный дождь. А здесь, сейчас вовсю светит яркое солнышко и плюс двадцать пять. Можно вполне ходить в шортах, сланцах и майках, но только кто же нам такое позволит? Наша небольшая команда прилетела сюда из аэропорта Чкаловский, с промежуточной посадкой для дозаправки в Волгограде, на рабочей лошадке министерства обороны — военно-транспортном самолете АН-12. Этот самолет некоторые остряки называют кто «Сарай», а кто «Кирогаз». Но есть у него еще одно, очень печальное прозвище — «Черный тюльпан». Именно «Черные тюльпаны» вывозят тела погибших советских военнослужащих из Афганистана. Обычно, за один раз, из Афганистана сюда в «Тузель» прилетает два самолета с телами погибших. Один забирает павших воинов с юга страны, а другой с севера. В АН-12 помещается 15–20 цинковых гробов вместе с сопровождающими. Это мне еще в полете шепотом пояснил Шерхан, который уже побывал в командировках «за речкой». Ему приходилось быть сопровождающим на «Черном тюльпане». Неприятная и тяжелая обязанность, но никуда от нее не уйти.