— Серега, на меня! — Громко кричит лейтенанту Самурову, которого блокирует двое защитников, Коля Дудкин, ловко вышедший прямо к воротам. — Давай! Я пустой.

Самуров, показав рывок в сторону, ловко перекидывает мяч через голову защитников и Дудкин, видя спешащего к нему Абдулло, через себя, в эффектном падении, забивает мяч прямо в девятку, несмотря на отчаянный бросок вратаря Равиля Гайфутдинова.

— Г-о-о-л! — Несется крик над футбольным полем и невысокий, но жилистый Дудкин, пружинисто вскочив с земли, победно вскидывает руки вверх.

Охрана и несколько десятков вооруженных «духов» увлеченно смотрят за игрой. Все-таки, какое никакое развлечение. Некоторые радуются вместе с Колей. Большинство зрителей поставили деньги на одну из команд, и теперь шансы тех, кто поставил на выигрыш команды Дудкина возрастают. Счет три-два в пользу забившей команды. На время здесь забыто кто является охранником, а кто заключенным. Сейчас, здесь на поле есть только игроки и болельщики. А так как обе команды состоят из заключенных, то «духам», по большому счету, все равно за кого болеть.

Я играю за проигрывающую сторону и нам как раз самое время отыграться. Но, если честно, сейчас меня совсем не волнует выигрыш или проигрыш, впрочем как и сама игра. Тренировки я использую только для того, чтобы наладить связи между советскими военнопленными из разных подвалов. Когда парни из моей камеры только узнали о задумке с футбольным матчем, то поначалу не оценили цели замысла.

— Игра с «духами» ни к чему хорошему не приведет. — Как от зубной боли скривился Самуров. — Судья и арбитр по любому будут подсуживать своим. А если ты поставил еду против принятия ислама, они из кожи вон вылезут чтобы нас засудить, а потом заставить ходить к мулле.

— Ты не понял, — с досадой качаю головой я. — Наша задача не выиграть, а получить возможность свободно общаться и готовить побег. Если мы даже и проиграем, ну будут нас организованно водить к мулле, а тот будет вести с нами беседы, ну и что? Мы просто потянем время, якобы чтобы получше узнать учение, а сами будем делать все, чтобы поскорее смыться отсюда. Не нужно открыто противостоять Абдурахмону и нарываться на репрессии. Сделаем вид, что поддаемся, а сами, усыпив бдительность, ударим когда настанет нужный момент.

— Ну ладно, — пожал плечами Сергей, — Давай пробовать, все равно по-другому не получится. Только, мне по любому не хочется проигрывать этим сволочам.

— Так и не надо специально «духам» проигрывать, — удивляюсь его упрямству в такой мелочи. Вроде взрослый человек и офицер десантник, а заводится по поводу игры как ребенок. — Давай напряжемся, выиграем, и этим утрем им нос. По большому счету: что сову о пенек, что пеньком о сову, все равно сове не жить.