— Служу Советскому Союзу! — Подскакиваю с места. Забавно, в той жизни я тоже дослужился до сержанта.

— И еще, — одобрительно кивнув, добавил генерал. — Всего, включая тебя, в группе будет четверо кандидатов. В отношениях между собой вы абсолютно равны, в независимости от звания, возраста и прочих различий. В общении между собой никаких имен, фамилий и личных данных. У каждого будет свой позывной. Придумай себе прямо сейчас свой, и скажи мне. Ваши истинные имена и данные будут известны только руководителю группы.

— Отморозок. — Тут же отвечаю на полном серьезе.

— Это ты придумал себе такой позывной? — В глазах генерала заплясали лукавые огоньки.

— Да, — подтверждаю совершенно серьезно.

— Ну что же, весьма оригинально, но принято.

* * *

Боец с соплей ефрейтора на погонах попросил меня переодеться в спорткостюм и провел в тот самый бойцовский зал, где я уже когда-то занимался вместе с Алимом. Сегодня Алима здесь нет, зато уже находятся двое крепких парней лет двадцати двух — двадцати трех на вид, одетых в синие спортивные костюмы. Они лениво разминаются, перебрасываясь между собой короткими фразами. Подхожу ближе и вежливо здороваюсь.

— Доброго дня!

— Привет! — Первым мне подает руку смуглый парень с восточным разрезом живых черных глаз и представляется — Шерхан.

— Отморозок, — жму его руку я.

— Ну ты и позывной себе придумал, — заразительно смеется второй, — широкоплечий и рыжий парень, протягивая мне свою ладонь и сжимая ее как будто в тисках представляется. — Бес.

Черт возьми, ну и силища у него! Этак, ведь и раздавить может в своих кистях — манипуляторах. Парень, наконец, отпускает мою руку. Незаметно встряхиваю слипшиеся пальцы и усмехаюсь в ответ.

— Зато креативно.

— Креа… что? — Непонимающе уставился на меня рыжий.

— Креативно —терпеливо повторяю, — это слэнговое выражение от английского слова

creative то есть творческий.

— У меня базовый немецкий и дополнительный китайский, не понимаю я ваших буржуйских выражений. — Улыбаясь разводит руками рыжий.

— Тоже неплохо, —киваю и подмигиваю, — ЗАБВО?

— Угу, — отвечает рыжий и прикладывает палец к губам. — Но тс-с-с об этом.

— Что ты, я могила.

— Вот и молодец, — рыжий показывает мне большой палец, а потом, присмотревшись, с сомнением говорит, — только на вид слишком молодой какой-то. Ты хоть школу-то закончил?

— Нет, — отрицательно мотаю головой. — Меня оттуда за плохое поведение выгнали.

— И не удивительно —вклинивается в разговор Шерхан, — не зря же ты себе такой позывной выбрал, так что, должен соответствовать.

— Курсанты смирно! — В зал входит огромный как медведь мужик лет за тридцать в маскхалате и мягких пумовских кроссовках. На голове у него короткий ежик светлых выгоревших на солнце волос. Лицо загорелое, жесткое, с глубокими, будто вырезанными резцом, носогубными складками и бегущими от уголков светло голубых глаз паутинками мелких морщинок.