— Вы полагаете, что моя жизнь — пустяк? — выразительно сложила руки под грудью Инесса Романовна.

Мои глаза от закатывания не смогли бы удержать даже гвозди. Тьфу, терпеть не могу, когда на мне начинают эти низкосортные манипуляции отрабатывать. А я-то думал, у нас тут разговор по существу будет…

— Вы… вы куда? — моментально изменилась в лице президент корпорации, когда я встал.

— Работать, — односложно бросил я.

— Но подождите, я ещё не обсудила с вами, что собиралась!

Я немного задержался и пристально взглянул на женщину:

— Тогда, Инесса Романовна, прошу вас перейти сразу к сути. Что ещё помимо «спасибо» вы хотели мне сказать?

На главу «Оптимы» мой тон произвёл сильное впечатление. Похоже, она и предположить не могла, что какой-то ведущий специалист рискнёт так разговаривать с первым лицом корпорации.

— Как скажете, Пётр Евгеньевич, — неожиданно легко согласилась собеседница. — Если вы настаиваете на предельно конструктивном диалоге, то ответьте, как вышло, что вся моя охрана разом ослепла и не заметила киллера?

— Почему вы адресуете этот вопрос мне, а не начальнику безопасности? — криво ухмыльнулся я.

— Потому что мне показалось, будто вы понимаете в происходящемгораздо больше всех нас, — сухо произнесла Радецкая. — Выпреследовали злоумышленника, явно зная, что он замышляет.

— Нет, вы заблуждаетесь, — покачал я головой. — Мне не было известно ни о его целях, ни о намерениях.

— Почему же вы тогда следовали за киллером? — прищурилась президент. — Я сравнивала посекундные раскадровки с камер наблюдения. Вы вооружились даже раньше, чем стрелок достал пистолет.

— Чутьё и опыт, — равнодушно пожал я плечами.

— Не обижайтесь, Пётр Евгеньевич, но верится с трудом. Я уже начинаю подозревать, что вы как-то связаны с преступником.

— Ну тогда сдайте меня полиции, — фыркнул я.

Радецкая подчёркнуто шумно вздохнула и помассировала виски.

— Вы очень сложный человек, господин Бугров, — изрекла глава «Оптимы». — С вами трудно вести диалог.

— Какой между нами может быть диалог, если вы считаете меня пособником злоумышленника? — вернул я укол. — По-вашему, я переломал того ублюдка куском трубы, чтобы лавры героя на себя примерить? Или награду потребовать? Знаете, Инесса Романовна, пожалуй, на этом и закончим. Спасибо за увлекательный разговор.

— Вообще-то, я так не думаю, — несколько резковато вставила женщина, награждая меня строгим взглядом. — Признаюсь, я всерьёз рассматривала возможность перевести вас в штат моей личной охраны. Однако меня смущает ваше нежелание оказывать содействие.

— Боюсь, всё гораздо сложнее, чем вам видится. Кроме того, не уверен, что вас устроят мои условия, — прямолинейно заявил я.