— Аники… — шепнул я.

— Все в… в порядке будет, да? — зло отреагировал Дате.

— Послушай…

— Ч…чего… — стуча зубами отозвался он.

— Ты должен кое-что сделать.

— И…что… мать… как же холодно…

— Когда придет сенсей, он станет допытываться, кто травмировал Юкито.

— Конечно, станет…

— Нас все равно сдадут. Те дерьмоеды, из его банды.

Я кивнул в сторону троих потрепанных парней, что стояли неподалеку. У одного из них не открывался глаз, второй придерживал руку, а у третьего футболка была в крови и стоять прямо он не мог. Шоу уродов.

— И что? — спросил Ягами.

— Нас сдадут, — повторил я. — Но ты должен сказать, что это ты.

— Ты о чем⁈ — удивился он.

— Ты сломал руку Юкито. Потому что он решил напасть на нас пока мы спали. Так ты его наказал.

— Икари… — прошептал Дате ошеломленно. — Ты решил меня подставить⁈

— Нет, — тряхнул я головой. — Не глупи! Просто доверься мне, я бы тебя не кинул!

Он пристально посмотрел мне в глаза. Да, дружок, мы же братаны, разве нет? Сколько вместе пережили… А ещё, я не оставил тебя замерзать тогда в загородном доме, правда? Давай уже, не ломайся, ты же доверяешь своему корешу Рио-чану.

— Хай, — еле слышно промолвил он. — Я это сделаю.

— Не переживай, все будет нормально, — заверил его я.

Если, конечно, я правильно понял законы этого места. (А если нет, то Ягами посадят на кол, вот невезуха).

Где-то через полчаса, когда солнце показало свой сиятельный толстый бок из-за горы, на плац прибыл Мастер Шибу с двумя сопровождающими. Перед собой вояка толкал тележку на колесиках, что была накрыта толстой тканью.

Приблизившись к нам, он выкатил тележку в центр, а сам, непринужденно насвистывая, важно прошел вдоль построения, разглядывая каждого заключенного. Остановился у побитой троицы, присвистнул и пощелкал пальцами перед лицом парня с разбитым глазом.

— Видишь что-нибудь? — поинтересовался Шибу. — А если так? Нет? Хм…

Потыкал пальцем в чувака, что скрючился, помахал пацану с вывернутой рукой. Потом вернулся к тележке и расслабленно закурил, опершись на неё.

— Вы как собаки… — тяжело произнес он, выпуская изо рта густой дым, — так и не поняли, что в Габутай следуют правилам, а? Ярэ-ярэээ… Каждый раз одно и то же. Оставишь вас на пару дней, так сразу друг друга грызть начинаете, ничего не меняется… Сколько я уже такого дерьма повидал, вы бы знали… И разные были кадеты, — из благородных семей, из дерьма повылезли, — все одно. Запрешь парней в комнате, так передерутся все, или побег замыслят. Всегда так. Псы шелудивые, что тут скажешь.

Он смачно плюнул на бетон, а потом размял шею. Неторопливо собрал покрывало и сдернул его с повозки, показывая нам содержимое.