— Спиной ко мне, руки за спину, — скомандовал один из них непривычно будничным голосом. Никакой агрессии. Да вообще никаких эмоций. Просто сказал, что нужно делать. Примерно таким же тоном какой-нибудь Иваныч просит Сергеича подать ключ на семнадцать во время ремонта своей ласточки. Олег повиновался. На запястьях вновь щёлкнули наручники. И ещё раз коридоры, коридоры, коридоры. Хорошо хоть теперь в полный рост, и руки никто не выкручивает.
— Стой. Лицом к стене — услышал Олег уже знакомый голос без эмоций.
Помещение, в которое его завели, оказалось тоже без окон. Оно, конечно, гораздо больше того, где он был только что. И не напоминает конуру. На полу ламинат. Стены покрашены. Посреди комнаты стол, рядом с которым пара стульев. Один явно для хозяина стола, а второй — для того, кого приведут. В данном случае для него. Так и есть. Один из сопровождавших его сотрудников жестом предложил присесть. Олег не стал отказываться. Костюмы стали по бокам от него. Всё это происходило молча. Никто ничего не говорил. Буквально через пару минут в помещение вошёл молодой человек. А может, уже давно мужчина. Выглядел он так, что ему с одинаковым успехом можно было дать и 25, и 40 лет. Подойдя со стороны хозяйского стула, он положил на стол кожаную папку. Раскрыл её, и извлёк несколько чистых листов и ручку.
Глава 27
— Расстегните его, — так же безэмоционально произнёс он, обращаясь к одному из костюмов. Тот молча выполнил поручение и занял прежнюю позицию. — Оставьте нас, — посмотрел он на сопровождающих.
Те чуть замешкавшись, всё же выполнили это распоряжение.
— Курите? — обратился он к Олегу, когда они остались вдвоём.
— Играете доброго полицейского? — массируя запястья с ухмылкой, спросил Смирнов. Мужчина неопределённого возраста сел на стул и внимательно посмотрел в глаза задержанному.
— Олег Александрович, не будет игр в злого и доброго полицейского. Давайте оставим эти наивные трюки голливудским актёрам. Позвольте я представлюсь. — Короткая пауза, будто призывала сосредоточиться и осознать важность момента.
— Романов Илья Алексеевич, следователь ФСБ. — Снова пауза. Внимательный взгляд будто спрашивает: «Ты точно понимаешь, что я тебе говорю?» Смирнов просто продолжал смотреть на собеседника. — После того, как вы ликвидировали Брагина, вы, можно сказать, оказались на доске с игроками совершенно другого уровня. Вы же знаете, кто его родной дядя? — Романов придвинул поближе к Олегу сигареты с зажигалкой. Мол, хочешь кури, не хочешь — пусть лежат. — Я прекрасно понимаю, что вы, Олег Александрович, сейчас ждёте и надеетесь на спасение, которое вам организует Лютов Сергей Петрович. Но ему, — Романов посмотрел на часы. — Уже сейчас ему не до вас. Я вам скажу больше. Нам тоже до вас нет особо большого дела. Нас интересует Сергей Петрович и Николай Игоревич. Про последнего, насколько я знаю, вам ничего неизвестно. Да ну и неважно, — махнул рукой Илья Алексеевич. — Они оба уже задержаны. Так что на помощь от них не надейтесь. Постарайтесь помочь себе сами.