Глава 8
После утренней планёрки Давыдов дал распоряжение Марине съездить на завод к Лившицу и выяснить, был ли на своём рабочем месте директор в промежуток с 15.00 до 16.00. восемнадцатого числа. Он уже без блокнота помнил, что «Шевроле» попала на камеру, контролирующую парковочную зону торгового центра в 15:37. А также, помощнице следователя необходимо было выяснить, кто, когда и где видел Анатолия Борисовича за рулём авто. Что это была за машина? Необходимо было удостовериться, что Лившиц рассказал правду, и за рулём он не ездит. Собираясь посадить подозреваемого в тюрьму на время следствия, Денис, по сути, начал собирать доказательства его невиновности. Разумеется, в суде при избрании меры пресечения он будет озвучивать совершенно другие аргументы: особо тяжкое преступление; может скрыться; попытаться запутать следствие. В общем, стандартный набор никогда не подтверждённых доводов, которые с удовольствием принимает во внимание суд. Затем Марине предстояло доехать до дома, где жил Анатолий Борисович, и выяснить, видел ли кто-нибудь из соседей Лившица девятнадцатого числа утром, то есть в день совершения преступления. Он же на общественном транспорте перемещается. Значит, должен был выйти из дома, добраться до остановки, постоять на ней, дожидаясь трамвай или на чём он там добирался в то утро. Если свидетели найдутся, их необходимо пригласить в Следственный комитет, чтобы Денис мог взять официальные показания. Под протокол, как говорится. В общем, Марине предстояло по городу целый день колесить.
Сам же Денис Юрьевич, как и планировал, повторно, встретился с подозреваемым. Доставили его в половине десятого. До встречи с Диманом было ещё два с половиной часа. Макдональдс находился в 10, максимум 15 минутах езды. То есть, времени на допрос вполне достаточно.
— Здравствуйте, Анатолий Борисович. — Давыдов оглядел подозреваемого.
Выглядел тот, мягко говоря, не очень. Одежда мятая, лицо осунулось. Денису показалось, что Лившиц постарел за ночь, проведённую в изоляторе временного содержания.
— Сегодня мы с вами поедем в суд для избрания меры пресечения, — следователь сделал паузу, ожидая реакции собеседника. Тот сидел молча, упёршись взглядом в пол. Денис продолжил: — Оттуда вас доставят в следственный изолятор.
Договорить не удалось. Директор в буквальном смысле впал в истерику.
— Я не убивал Владимира, я никого не убивал. Зачем вы надо мной издеваетесь? Вы! Вот вы лично представляете себе, какие условия в вашем изоляторе? Там дышать нечем. Маленькое окошечко под потолком, через которое дневной свет не проходит из-за грязи и пыли, и извините, дырка в полу, чтобы нужду справлять. Мне всегда казалось, что милиция должна защищать своих граждан, а не забирать первых попавшихся, лишь бы дело закрыть. Про такие бесчинства я только в дешёвых фильмах видел и всегда относился к этому как к художественному вымыслу. — На последних словах Анатолий Борисович расплакался.