В общем, запомнил его Саныч. Тут Лившица приводят. Я к себе скорее. Включил прослушку. Разговор у них примерно такой был: адвокат сказал ему, что в сложившейся ситуации вину целесообразнее признать будет. В этом случае посидеть придётся, конечно. Но зато и в камеру его в нормальную посадят, с нормальными людьми, а не с теми отморозками, где вы только что были. Понимаешь, Денчик? Он ему по сути прямо и не скрывая сказал, что это всё им или ими подстроено.

Денис только молча кивнул, не стал разводить дискуссии, дабы не сбить рассказчика с мысли.

— Да и сыну, говорит адвокат, вашему в Лондоне спокойно доучиться получится, — продолжал Диман. — Они ведь, юноши, впечатлительные очень. Узнает, что у его старшей сестры, у вашей дочери то есть, неприятность какая в Москве случилась. Она ведь недавно на работу из декрета вышла? Узнает и начудит чего-нибудь, а то возьмёт и руки на себя наложит. Так что, говорит адвокат, лучше признаться во всём. Лившиц понял всё правильно, понял, что ему и его детям угрожают. Он только спросил у адвоката, что нужно говорить. Тот ему очень подробно всё рассказал. Даже чего-то там на листочке зарисовывал. Похоже, схемы какие-то.

Между делом разлили по второй стопочке, выпили. Затем Диман продолжил.

— Когда адвокат ушёл, я в дежурной части взял его данные, поднял кое-какие бумаги, уточнил, в какую колонию его от нас отправили. И должен сказать, что тебе, Денчик, сопутствует невероятная удача. Именно в этой колонии работает мой родной дядька. Тоже опер, кстати. Выяснилось, что этот самый Смирнов Олег Александрович ушёл из зоны, не досидев срок. Но никакого УДО не было. Нашли у него какое-то заболевание, с которым обязаны отпустить. А страннее всего, что в течение последующего месяца выпустили ещё пять человек. Также по болезням. Со всеми этими пятерыми Смирнов очень близко общался в колонии. Как у них говорят, семейничали.

— Но такое ведь не может происходить случайно? Явно кто-то влиятельный поспособствовал? — предположил Давыдов.

— Само собой. Дядька то же самое сказал. Да это и так понятно. А вот теперь, — Диман хитро прищурился, — есть плохая новость и хорошая. Начну с плохой. Кто протежировал освобождение всех этих зэков, выяснить не удалось.

— А хорошая? — с предвкушением спросил Денис.

— Один из этой пятёрки освобождённый заехал по 134-й и 135-й статьям. Не знаю, каким образом ему удалось с МВДшными операми договориться, но когда его доставили, те попросили наших, ну, ФСИНовских в смысле, нигде не озвучивать его статьи. Пусть, мол, 162-я будет. А он за это будет стучать нашим. Причём данную информацию нужно передавать дальше, если этот крендель сменит место.