— Ваше императорское величество!

— Ну вот, услышал, — сделала вид, что расстроилась, но руку протянула, а сама глаза прищурила.

Гм, поцеловать руку императрицы — честь! Но, блин, что-то не упомню, кому такое позволительно. В памяти перерываю этикет, а сам уже губами до дрогнувших пальчиков дотронулся.

— Иван, ты почему меня не навещаешь? Мы же договаривались, что продолжим дружбу! — с пляшущими бесятами в глазах и легкой улыбкой на устах сказала Ольга.

— Дела, — развел руками, решив сослаться на занятость. — Уверен, господин Ларионов сообщает об успехах и неудачах медицинского концерна Портейг и Ко.

— В общих чертах, — уклонилась императрица от прямого ответа. — Знаю только, что кое-кто решил все забросить и носится туда-сюда, решая вопросы концерна. Присядем, легкий ужин нам не повредит, — неожиданно перевела она разговор.

Чувствовал я себя тогда не в своей тарелке, но разговор поддерживал и даже шутил. Временами казалось, что передо мной сидит не императрица, а девчонка, в чертах которой проглядывает неподдельный интерес к моим делам. Понимал, что Ольга Николаевна ратует за империю и ее вопросы не просто так. Однако личной жизни мы не коснулись, хотя в народе и ходят слухи, что у императрицы имеется фаворит и даже, возможно, не один. Под конец же нашей беседы мне императрица заявила:

— Слышала, что ты решил отправиться к нашим потенциальным врагам. Учти, с территории империи тебя не выпустят, указы на моем столе лежат! Прости, но на подобный риск глупо идти, потерять столь ценные и прорывные достижения в медицине мы не можем себе позволить.

— Прорыв осуществил профессор, — мрачно ответил. — А в Германию собрался на пару дней, может, неделю, но не больше. Мне требуется убедить…

— Знаю я все, — перебила Ольга. — Вань, пойми, защитить мы тебя там не сможем. Да и разрыв отношений на грани, вот-вот может грянуть война. Как ни пытаюсь извернуться, но этот чертов союз четырех начинает диктовать условия, как поступать и что делать, словно уже захватили Москву!

— На нашей земле, при желании, они вполне способны меня, — провел ребром ладони по горлу, а потом добавил: — Или в плен взять.

— А вот сомневаюсь я в этом! — рассмеялась императрица. — Насколько знаю, даже политические — и те не желают браться за поимку твоей персоны! У тебя двойная, а то и тройная охрана, а в другой стране все будет совершенно наоборот.

— Что за тройная охрана? — удивленно спросил, не поняв, откуда взялась третья сила.

— Имперские службы, воровские люди и обычный народ, — улыбнулась Ольга. — Ты бы поспрашивал, что о твоей больнице говорят и какие ей оды в газетах пишут. Заметь, во всех, в том числе и тех, что зовутся сплетницами!