— Иван Макарович, не хочу отвлекать, но скоро будет заправочная станция, а потом дорога пойдет не очень хорошая, — хрипло проговорил Гюнтер, отвлекая меня от размышлений.

— Мне скинуть скорость? — с улыбкой посмотрел я на своего бледного спутника.

— Вам решать, убьемся — так вместе, — упрямо ответил тот, закусив губу.

— Гюнтер, признай, что первую часть пари проиграл ты, а вторую я.

— Остались при своих? — вяло спросил тот, а потом неожиданно закричал: — Впереди повозка, мать ее! Врежемся сейчас!

Ну, пересекающую дорогу телегу я давно заметил и краем глаза за ней следил. Возница же почему-то застыл изваянием с поднятыми руками, в которых сжимал вожжи. Мы стремительно к нему приближаемся, я-то рассчитывал, что он с дороги уберется, завидев машину. Не подумал, что даже в Германии несущийся с такой скоростью автомобиль редко встретишь. Пришлось сосредоточиться и выезжать на обочину. Тормозить не стал: вряд ли бы сумел погасить скорость, а вот машина стала бы малоуправляемой. Скинул скорость и позади телеги проехал, чудом не зацепив ту, а левое колесо чуть ли не в канаве побывало.

— Остановите, я его, бездельника, сейчас проучу! — взвыл Гюнтер, цвет лица которого стал меняться на зеленый.

— Сейчас остановлюсь, — ответил, внутренне кляня себя за беспечность.

Систем безопасности тут нет, от подобной аварии могли бы нас собирать по частям. И чего так разогнался? А главное, что и кому доказываю⁈ Дебил, мля! Припарковался на обочине. Гюнтер мгновенно из машины выскочил, но к вознице не бросился, шатаясь перескочил канаву и согнулся под деревом, выплескивая содержимое желудка. В зеркало заднего вида я наблюдал, как мужик сноровисто подстегивает лошадку, спеша убраться подобру-поздорову.

Закурив, вышел из машины и потянулся, разминая затекшую спину. На дальние расстояния путешествовать на автомобиле некомфортно, но если сравнивать с верховой ездой, то выбор очевиден.

— Простите, что-то перенервничал, — вытирая рот платком, сказал мой спутник.

— У нас есть с собой что-нибудь перекусить и выпить? Последнее тебе не помешает, я бы даже сказал, что в лекарственных целях нужно грамм пятьдесят принять.

— Есть не стану, — предупредил он меня. — Без закуски же может развезти, и за руль садиться нельзя. А такую дорогу вам…

— Тащи шнапс, или что там с собой взял, — перебил я его. — Стресс необходимо снять. Пошли под деревья, привал устроим, а потом дальше поедем.

— Если только на правую сторону, боюсь, откуда я пришел, нам окажется не так комфортно.

На том и порешили, а уже спустя десяток минут весело потрескивал костер, на котором подогревалась банка тушенки, лежал на тарелке нарезанный хлеб и сыр, из бутылки коньяк разлили по бокалам. Естественно, к обустройству привала Гюнтер подошел с немецкой педантичностью. Я даже глазам не поверил, когда тот из багажника принялся доставать складной стол, стулья и корзины с припасами. Но так как мы еще и не проголодались, то большинство провизии решили сохранить, в том числе и запеченную курицу с бужениной. На мой взгляд, закуси и так за глаза, правда, коньяк не принято заедать тушенкой, но, увидев в корзине пару банок, я настоял, чтобы одну разогреть. Это, вероятно, ностальгия: припомнил, как с парнями в разведке жрали на скорую руку. Н-да, там у нас столов не имелось, а про бокалы и говорить нечего. Вскроешь консервную банку ножом и, бывало, прямо с лезвия ешь, положив на колени автомат.