Когда лязгнул замок, почувствовал невероятное облегчение — уединенное заточение, а просидел я около суток точно, нервы серьезно расшатало. Отвели меня в уже знакомую допросную комнату. Лысого уполномоченного по правам не было, только полковник за столом. Выглядит совершенно также, как и вчера, а вот в действиях конвоиров изменения — усадив меня на стул, пластиковыми стяжками притянули ноги к ножкам, заведенные за спинку руки больно стянули на запястьях.

Не очень приятное начало, хотя нечто подобное я и ожидал — просто так в камере в течении суток не маринуют.

— Итак, Максим милф-файндер, — специально с двумя «ф» произнес мой ник полковник. — Капитан команды Эс-Дэ-Тэ-Эл. Как аббревиатура расшифровывается?

— Случайный набор букв. Придумали в шутку, когда команда больше на уровне идеи была.

— А вот твои товарищи говорят, что название означает: «специальный соус для твоего лица», просто вы второе «С» не произносите, но подразумеваете.

— Я по сути так и сказал.

— Тебе что дороже, печень или селезенка?

На вопрос я отвечать не стал, промолчал. Бей, беги, терпи — в Заводском, где словно в резервации сохранился дух нравов полувековой давности, можно было пропетлять разными способами. Но здесь и сейчас похоже вариантов нет, попал я крепко. Ни бежать, ни терпеть, сломает меня полковник скоро. Но тонуть, конечно, лучше с музыкой.

— Хотите анекдот расскажу?

Была надежда, что сейчас Панин засмеется, попросит рассказать анекдот, потом еще пошутим вместе — в общем, хотел максимально оттянуть время, когда меня начнут бить. Почему-то в том, что начнет, сомнений не было, он все эти реверансы просто для приличия водит, ему уже не терпится мне втащить — вот нутром чую.

Правильно догадывался, попытка потянуть время не удалась — полковник посмотрел на меня сузившимися от злобы глазами.

— Ты убил моего сотрудника.

— Не понимаю, о чем вы.

— Все ты понимаешь, ублюдок! — постучал полковник по листам с показаниями. — Ты видел, что один из моих людей без сознания. Почему не стал делать массаж сердца, а побежал обратно в салон?

— Потому что незадолго до этого ваши сотрудники меня избили. У меня ушибы еще горели, как шрамы у Гарри Поттера, я просто боялся к ним приближаться.

Аргумент, кстати, на сто десять процентов — будь это дискуссия с независимыми судьями, я выиграл бы досрочно. Но судей нет, и на мои слова полковник даже внимания не обратил.

— Это был достойный человек, которые служил своей стране. И его убил ты.

— Во время нашего мимолетного знакомства оба ваших сотрудника выглядели как два недостойных человека, которые служили капризам какой-то девушки, страну совсем не олицетворяющей, извините. Поэтому крикнув стюардессе делать погибшему массаж сердца — чего не сделал бы, если бы руководствовался мотивами, которые вы мне вменяете, я побежал к другим людям.