— И что же будет с вашей школой, если ей вдруг удастся воспитать такого уникального магика? Она прославится?

— Безусловно! Станет известна во всём мире! А уж если он доберётся до сродства стихий. О таких личностях ходят легенды! Они создают собственные государства, начинают и заканчивают войны, становятся героями! — наставительно произнёс синебородый. — Папа римский, Нострадамус, Сулейман, Вахамеди! Их имена гремят словно приближающийся шторм. Жаль только за прошедшие сто лет ни одного нового мага с двойной стихией не появлялось.

— В таком случае у меня есть чем вас заинтересовать. Но я не готов заниматься на общих основаниях и просто так тратить своё время.

— И что же вы можете нам предложить «этакого»? — насмешливо поднял бровь Жиль Рене.

— Пусть в этом и нет особого секрета, да и Софья разболтает гарантированно, но давайте продолжим в каком-нибудь более укромном месте, — попросил я, и гранд-матер, явно заинтригованный, повёл меня в башню воды, где мы зашли в небольшое учебное помещение. Убедившись, что никто за нами не подглядывает, я активировал каменную кожу.

— Что⁈ — ошалело проговорил преподаватель. — Этого не может быть! Артефакт работал правильно, я могу в этом поклясться! Нет-нет-нет… это какая-то глупая шутка. Могу я проверить?

— Конечно, — я выставил руку вперёд. Грандмастер быстро её пощупал, пытаясь продавить, а затем ударил водяным лезвием, которое сформировалось прямо в воздухе так быстро, так что я не успел среагировать. Несколько слоёв каменной кожи осыпалось на пол, но в целом она выдержала.

— Нет. Это бред. Не может такого быть. Разве что я ошибся. Или проверяющий шар сломан? — бормоча себе под нос, продолжал смотреть на меня преподаватель. — Просто нелогично. Земля, у нас здесь? Да ещё и на таком уровне… Нет. Так, молодой человек, оставайтесь на месте, я скоро вернусь.

— Сегодня я никуда не тороплюсь, — легко согласился я, присаживаясь на ближайшую парту.

Необычайно оживлённый Жиль Рене выскочил в коридор, хлопнув дверью, и убежал куда-то по лестнице. Я же остался в пустом классе. Надо сказать, помещение было очень характерным, и без слов говорящем как о положении в школе, так и в стране в целом: шестнадцать парт, и не парных, а одиночных, рассчитанных на взрослых людей. Книжный шкаф без дверец, с крохотным набором учебников и справочников. Письменные принадлежности, лежащие прямо в стаканах на партах.

Вывод можно было сделать лишь один: во всей школе очень мало учеников. Но об этом грандмастер и говорил — сто двадцать человек всех стихий и ступеней обучения. Делим на два, потом на четыре, получается по четырнадцать-шестнадцать учеников на весь год. Учитывая размеры Китежа, я бы сказал, что он легко вместит и тысячу, и полторы. Так что тут было пустынно.