А и правда, Степ, чего это извращенец Тимур так переполошился? Ты ж пришла в костюме
тиранозавра, а не секси Снегурочки!
Пока я тут обтекаю, Тимур успешно продолжает сеанс шоковой терапии:
— Я что-то не припомню, чтобы заказывал себе новогодний релакс с окончанием…
Давлюсь воздухом на вдохе.
Едрит твою налево и кружку Эсмарха мне в зад! Каким еще окончанием?!
— Да я вообще не такая! — повышаю голос в допустимом диапазоне.
Не дай, Гиппократ, услышат дети и прибегут сюда. А тут Снегурка полуголая орет на их батю,
что она не путанит.
— Все так говорят.
Ы-ы-ы! Да он же специально!
Пыхчу раздраконенным ежом и вдруг вспоминаю название той самой кривой фигулины:
— Фаркоп!
Тимур взирает на меня, как на умалишенную.
— Мне на букву пэ?
— Вам исключительно на хэ!
Забывшись, я резко всплескиваю руками, и полы пальто тут же расходятся, демонстрируя
полупрозрачное безобразие.
Хозяин дома как по команде опускает глаза ниже красной линии.
— Ай! Вы чего делаете? — верещу, судорожно прикрываясь ладонями. — Хватит пялиться!..
— Да я бы рад! Но оно само! — издевается этот гад. — Как выпрыгнет, как выскочи-и-ит…
Вот же гадство.
— Отвернитесь! В конце концов, это неприлично… вот так вот… глазами…
— Ой, сказал бы я, Федя, что такое неприлично, — вещает мне широкая спина Тимура довольным
голосом. — А лучше бы показал…
— Эм, кстати, я не совсем Федя.
Хмыкает.
— Охотно верю. У Феди такого… гхм, арсенала быть по определению не может, — Тимур на
секунду замолкает и продолжает с тем же весельем: — Если дело происходит не в Тае. Там
боевые вертолеты на каждом шагу могут встретиться…
— Боевые вертолеты? — зачем-то переспрашиваю.
Ну ясно же, что какая-то пошлятина.
— Ну, это когда сверху девочка, а внизу мальчик с пипиркой, — охотно просвещает меня Тимур.
И так ехидненько: — У тебя, надеюсь, нет такой приблуды? А то я не разглядел…
Ах, не разглядел он!
Вот как бы стукнула по этой самой широкой спине в отместку.
— Зовут-то тебя как, Снегурочка?
Настает мой черед фыркать перед тем, как сознаться:
— Степанида.
Тимурова спина выражает крайнюю степень удивления.
Очень выразительная она у него, ага. Такую бы спинищу да в театр, все бы уписались от
восторга и орали браво.
— Степка, значит?
Тимур косит в меня зеленым глазом и, убедившись, что все снежинки надежно прикрыты, а
боевые вертолеты не угрожают его подтянутому за… в смысле тылу, разворачивается и
протягивает мне ладонь:
— Ну, будем знакомы, Степа.
Глава 14. Удар ниже пояса
Степанида
— Ну, будем знакомы, Степа, — Тимур с улыбкой протягивает мне ладонь.
Вкладываю свою и отчего-то по-девчоночьи балдею от того, как моя ладошка утопает в его