— Встать! — негромко сказал я.
Вскочили моментально, все как один.
— Пшли вон!
Побежали так, что пыль из-под ног брызнула. Проводив взглядом мгновенно исчезнувшую в тумане стаю, повернулся к альтушке, которая так уже сидела на дороге, сжавшись и обхватив руками колени.
— Подруга, я тут немного дел натворил случайно… Можешь остаться, и подождать других поисковиков, не все такие как эти. Либо давай со мной, но без гарантии, я собираюсь в опасное путешествие.
Взглядом показав, что она думает о возможности остаться здесь, неожиданно спокойная альтушка поднялась на ноги. От шока потрясения — только бледность и до белизны прикушенная нижняя губа. Надо же, сохраняет самообладание, неожиданно.
Я повернулся было к грузовику, но замер, осмотрел альтушку внимательно. Босая, в царапинах и ссадинах, руками тянет подол футболки еще ниже в тщетной попытке прикрыть голые ноги.
— Дом твой? — показал я на шатающуюся калитку.
Кивнула так сильно, что зеленые локоны вверх-вниз взлетели.
— Сходи оденься, только не задерживайся.
Еще кивок и только голые пятки мелькнули, когда альтушка пробежала во двор через выбитую калитку. Пока она одевалась, я избавился от вещей немцев. Тела исчезли, но вот часть вещей осталась. Сделал просто — собрал все в кучу, воткнул внутрь поблескивающий синим неоном клинок, увеличил подачу энергии и прикрыл глаза, чтобы ледяной крошкой не забрызгало.
Закончил довольно быстро, глянул на темнеющий во мглистом тумане силуэт дома. Пока альтушка копается надо бы… а нет, не копается, уже обратно бежит, молодец какая. Одетая, собранная — и по виду, и по состоянию. Неожиданно, оказалась прямо стойкой перед происходящим, держится просто на пять с плюсом.
Махнув девушке рукой, я повернулся к грузовику. Деревянный кузов посекло, но кабина целая, двигатель тарахтит бодро — можно отсюда ехать.
Нужно отсюда ехать, вернее.
Глава 7
Тарахтящий двигателем грузовик оказался скорее «грузовичком». Небольшой совсем, размером схож с советской полуторкой. Современные пикапы-внедорожники покрупнее будут — здесь кабина лишь чуть выше меня, крыша от земли не больше двух метров. Машина — настоящий антиквариат. Правда, по виду не скажешь, что музейный экспонат, выглядит техника как постоянно используемая рабочая лошадка.
Через неудобную дверь — размер проема непривычно маленький, забрался в кабину, осмотрелся. Как будто в капсулу прошлого попал: все непривычное, узкое, низкое; отдельных сидений нет, всего один диван, на котором могут уместиться двое, или с некоторым трудом трое. Приборная панель как гимн минимализму, лишь несколько круглых приборов. На одном из них изогнутая в полукруг надпись: «OPEL-BLITZ». Ну точно немцы.