Знал я только его плохо. Новый я.

— Грамоте тебя может обучить?

— Да ну, закорюки эти, хозяин… Пыль. — Он помогал мне стаскивать рубаху. Она, вся грязная, прилипла к телу и не торопилась слезать. — Я так, чуть умею и ладно. Я же подле вас всегда был. А здесь вы, как воевать начали, я и не знаю, чего да как.

С рубахой совладали вдвоем. Кинул ее на землю.

— Новую найти надобно, срочно. — Распрямился, взглянул на слугу. — А лучше комплект и штаны нижние и верхние, и рубашку. Кафтан-то не на голое тело надевать буду.

— Зипун бы вам еще, для солидности. — Ванька почесал подбородок.

Это еще что за зверь! Хотя начал я припоминать, что многослойность в одеждах, в то время на Руси считалась признаком статусности.

— Жарко. Кафтан свой, дорогой поверх исподнего надену. А на него уже доспех.

Ванька вздохнул, покачал головой. Чувствовалось в его поведение некое негодование.

— Чего? Говори.

— Да маслом-то ткань вся нитями серебряными шитая попачкается, хозяин. За нее денег много плачено. Вы и так…

Я поднял руку, останавливая тираду.

Он был прав, по-своему. Но сегодня нужно мне выглядеть соответствующе. Как человек, исполняющий обязанности воеводы. Как убийца ведьмы и гроза всех разбойников окрестных. А значит — плевать я хотел на кафтан и то, что он от доспеха испачкается. Службу свою сослужит и хорошо. Дальше обычный добуду.

— Богатый хочу. К вечеру его готовь. — Улыбнулся я. — А ты, вечером, пока ездить буду, добудь мне обычный. Или этот в порядок приведи, чтобы не смердел и чистый был.

— Сделаю все, не беспокойтесь, хозяин.

Сапоги тоже были все в грязищи. Снял их, кинул. Смотал портянки. Пальцами пошевелил. Ох, хорошо. А то сутки почти в обуви провел. Стащил следом верхние штаны, глянул на нижние. Тоже бы их сменить, но не здесь. Бани все же не хватало или душа летнего. Построить, что ли? Можно, время только где взять.

— Ладно, Ванька, лей.

Он вытащил ведро с водой, перелил в кадку. Я наклонился.

Надо бы мыла найти или щелока на худой конец. Но пока недосуг. Поиски цирюльника и поход к нему отложены до лучших времен. Когда время будет. Пока что оно для меня, самый ценный ресурс. Все делать быстро надо.

— На голову вначале ее промою, потом на спину. Давай.

Ледяные потоки обжигали.

— Ух! Хорошо, чтобы тебя разобрало! Ванька. Давай еще.

Он вновь набрал воды, вылил еще одну кадку на меня.

Так, а вытираться чем… В ход пошла рубаха, более или менее чистыми ее кусками.

— Ванька, я почивать. В ту комнату, куда меня, как приехали воевода поселил. А ты мне тащи одежду. Сейчас исподнее, а к вечеру остальное готовь.