И я рванул прочь, маневрируя по улицам, где нет камер «умного города», летя на скорости, недоступной экипажам Росгвардии, опережая саму идею плана-перехвата. Хотя его введут, как только увидят, что я там натворил, но я буду уже не тут.

«Поле чудес» встретило меня спящими элитными домиками, мимо которых я ехал по маршруту где также не было камер. И, подъезжая к трёхметровому забору — на вид просто забору зажиточного особняка, — я написал в «ОЗЛ спецсвязь»:

«Прошу разрешения принятия в Отеле ОЗЛ гостя на постоянное жительство».

«Почему приняли такое решение?» — спросили у меня.

«Превентивное пресечение аномалии по проекту „Вернувшиеся“».

И ворота поползли вбок. Я заехал и, выйдя из джипа, пошёл обходить машину чтобы вытащить борова снова на своих плечах потому как больше тут некому. Меня встречал Ярополк, как всегда, в синем костюме и при оружии. У психопата считающего себя русским витязем был меч в ножнах, который он регулярно точил.

Кто с мечом к нам придёт — тот отстал в плане вооружения! Ярополк встретил меня поклоном в пол, когда увидел мой шлем. Кто я для него? Демон, дух, детище — порождённое богами, али витязь в странной кольчуге? Я не знал и знать не хотел, как не хотел и общаться с шизиком. Но увы и ах, я не выбираю с кем работать, для кого-то и я безумен.

— Тиммейт! Переводи на древнерусский! — попросил я прибор под бронёй, но Ярополк меня опередил и сам начал со мной разговор.

— С чимъ пришелъ еси, добрый витяже, а кого принеслъ еси въ порубъ бѣлокаменный?

— Назови свою цель прибытия, великий воин, и кого ты принёс в эту тюрьму из белого камня! — озвучил Тиммейт.

— И тебе привет, Ярополк. Камеру номер 12 готовь — это мэр Златоводска! — выдал я.

Общение с этим парнем всегда казалось мне каким-то глупым, что ли.

— И тебѣ привѣтъ, Ярополче! Палату дванадесять ряди — то княже Златоводьска прiиде! — перевёл Тиммейт.

— Ужели не страшишися гнѣва боговъ ради князя? — удивился Ярополк.

— Говорит: не боишься ли ты богов, раз князя привёз? — перевёл Тиммейт.

— Скажи ему, что ночь же. — улыбнулся я. — Ярило ночью не видит!

И Тиммейт бегло перевёл, на что Ярополк глубокомысленно угукнул и пошёл готовить комнату для мэра.

Я вошёл в особняк с живым грузом на плечах и, спустившись по лестнице в холл круглой тюрьмы, названной в моём ведомстве «Отелем», пошёл в комнату номер 12.

Почему 12? Потому что ему там жить и раскаиваться в своих делах ещё долгое-долгое время. Годы, если не десятилетия. А значит, моя задача условно выполнена: ждём покаяния и ликвидируем; нет покаяния — держим в тюрьме, где он больше никому не навредит. И, взвалив тело на кушетку, я обратился к Ярополку: