— А такие, как мы соберемся в кучу, кто остался снаружи, и разроем эти склады. — Марина не собиралась сдаваться. — Если мне скажут, что лучше, есть людей, которые бегают рядом или рыть яму целый месяц, чтобы добраться до тушенки, я выберу второе.

— Ну, ладно, убедила. Поэтому мы и пойдем по дороге, которую расчистили для эвакуации первых лиц. Вдруг им как раз нужно раскопать склад. — Петр улыбнулся.

— Конечно. Мне так даже спокойнее, что есть какая-то цель.

За час ходьбы одежда на них успела просохнуть. Поэтому, когда в небе снова загрохотало, Марина вспомнила про дождевики, добытые в садовом отделе. Они были желтыми из плотного полиэтилена и смотрелись, как костюмы химзащиты на фоне зараженной местности. В них сразу стало душно. По телу потек пот. Температура окружающего воздуха субъективно равнялась тридцати градусам, а влажность как будто превышала сто процентов.

Петр испугался перегрева, стянул с себя дождевик и закрепил его, как накидку.

— Какая разница, отчего я буду мокрым, от дождя или пота. — Пояснил он. — От дождя хотя бы освежусь.

Марина поступила так же. Вскоре начался дождь с грозой. Молнии сверкали рядом, но за стеной дождя их вспышки гасли. Раскаты грома сотрясали небеса, заставляя их терять дополнительные кубометры воды. Вдоль дороги побежали ручьи, собирающие пепел с бывших лесов. Легких частиц гари в них было столько, что они оторачивали черной бахромой потоки воды и собирались в темные наносы на изгибах.

Марина каждый раз, как рядом сверкала вспышка молнии, втягивала голову в плечи. Грохотало громко, до свиста в ушах. Ожидаемой прохлады дождь не принес. Духота никуда не ушла, как будто наоборот, дышать стало еще труднее, словно насыщенный влагой воздух труднее всасывался легкими. А когда дорогу преградил мощный поток воды, бегущий поверх, решили устроить небольшой привал.

Грозы выжали из туч все до капли и дождь резко прекратится. Гром ушел вдаль, а посветлевшее небо подарило миру легкое подобие солнечного дня. Местоположение светила угадывалось по размытому кругу света. Петр определил примерное время суток, между двумя и четырьмя часами дня. И было даже лучше, что солнечный свет задерживается в тучах, иначе стало бы еще теплее и душнее.

— Для жителя Исландии мир не сильно поменялся. — Пошутил Петр, глядя на безжизненный пейзаж, не ставший красивее после дождя. — Я им даже завидую.

— Ты еще пингвинам позавидуй, те хоть согрелись немного.

— У них там сейчас беда, километровой толщины лед тает, как ненормальный. Потоки грязи несутся к океану, смывая все на своем пути. Бедные пингвинчики. — Петр вздохнул. — Уж и не знаю, кому сейчас легко. Только тем, кто отмучился.