— Не совсем. — Ответил Петр. — Сын гостил у деда в Ставропольском крае. У нас есть информация, что они взлетели на небольшом самолете после землетрясения, собираясь лететь к нам в Москву, но из-за пекла вынуждены были сменить маршрут. Последние переговоры с ними были где-то немного не долетая Волги. Скорее всего, сели там, где кончилось топливо. Что сейчас с ними, мы не знаем, но считаем, что все в порядке.

— Ясно, хорошо. У меня были претенденты на вашу должность, но у них такая глубокая депрессия, что они не смогли работать и ушли. Им все не в радость. — Пояснил Алексей причину вопроса.

— А у вас как? — Спросил Петр. — Мы тоже должны знать, чтобы не ранить нечаянно.

— Жена пропала. Вез детей домой, одного с тренировки, другую с танцев, потому и выжили. Машины Наташи возле дома не было, на работе тоже. Нет никакого предположения, где она могла быть. Очень хочется верить, что спаслась. — Алексей задумался. — Ладно, проехали. Прежде, чем говорить по делу у нас предусмотрены водные процедуры и обед. Идемте, провожу.

Все отдельные помещения были отремонтированы наспех. Где-то, как в душевых, о ремонте вообще не шло речи. Разрушившиеся перегородки между кабинками вынесли, а вместо них поставили деревянные ширмочки с полупрозрачными пластиковыми шторами. Однако теплая вода имелась, как мыло и шампунь. О большем после всего пережитого и не мечталось. Помимо этого, им принесли одежду, ужасные спецовки с надписью «Росрезерв». Марине она оказалась чуть великовата. Она выглядела, как шпана, выпрашивающая на вокзале мелочь.

— К твоим галошам одежда подходит идеально. — Поддел ее Петр.

— Можно подумать, тебя одели в смокинг. — Фыркнула супруга. — Я все равно чувствую себя так, словно собралась на бал. Интересно, чем будут кормить.

— Наверное, шампанским с икрой, но из консервных банок. — Петр хохотнул. — Я видел говяжью тушенку, когда мы повернули к кабинету Алексея. — Он немного отвлекся, продевая пуговицы в узкие прорези. — Понимаешь, как тесен мир. Мы знаем Алексея и могли проектировать эти помещения. Мы как будто идем по определенным чекпоинтам заранее определенным судьбой. Все началось с Игоря, который надоумил нас покинуть офис. Потом пистолет в машине, грузовик с колбасой, аэродром с информацией о самолете Матвея Леонидовича, колодец, дорога к этому месту, Алексей. Судьба намеренно нас вела от одной точки, к другой, чтобы мы выжили.

— Мы могли бы поступить иначе и что, это уже не считалось бы чекпоинтом? — Поинтересовалась Марина.

— Не знаю. Если бы мы пошли по «Эм-четыре» то сюда бы точно не попали.