— По коням, — скомандовал я, сам залезая в седло.

Все последовали моему примеру кроме Зефа. Верхом он ездил не ахти, да и до личной лошади пока не дорос. Зато у нас появились чудо-сани, для которых нам пришлось прикупить ещё двух рабочих лошадок. Именно там и расположился с комфортом наш юный лекарь. Санями поочередно правили братья, соревнуясь друг с другом в лихости управления ими.

Первым нашим препятствием по своему обыкновению стала сама Застава. Она всегда словно нехотя пропускала через себя людей, что в одну, что в другую сторону. Таможня, бумаги, вопросы… Да ещё и этот узкий подъём к воротам, что тянулся вдоль всей крепостной стены и был достаточно крутым, чтобы пара лошадок без посторонней помощи легко затащила наверх свою ношу, будь то колёсные телеги или же сани на полозьях. Пришлось парням немного им подсобить. Ну а затем такой же спуск, где, наоборот, приходилось в буквальном смысле тормозить норовившую разогнаться с горки конструкцию. Зато, случись осада, то с каким же трудом нападающим пришлось бы тащить в гору таран. А осадные башни так и вовсе становились бесполезны, так как не могли подойти вплотную к стенам. По сравнению с той же Угрюмой, Застава своими размерами и численностью гарнизона выглядела хоть и не так внушительно, но на деле была поистине непреступной. По крайней мере для прямого штурма.

Покинув наконец долину, мы в который раз оказались в Приозёрном королевстве, названным так неспроста. Всё-таки четверть его границы проходила по береговой линии крупнейшего озера континента. Его так и звали Большое озеро или просто Озеро, с фантазией у местных было туго. По сути, оно отделяло королевство от земель Единой империи с условной границей, проведённой где-то по водной глади. Где именно она должна пролегать, являлось давним и нерешённым спором между двумя государствами, то и дело вызывая политические конфликты или же просто мордобой среди рыбаков.

Многие небезосновательно считали, что именно Озеро стало тем, что спасло от полного уничтожения королевство, преградив в своё время путь имперским амбициям и прокормив своими дарами страдающий от гражданской войны народ. Среди местных даже ходила поговорка «рад тебе, как рыбе на столе», вот только значила она обратное. За неурожайные годы простые люди настолько устали от рыбы, которая составляла три четверти рациона, что их от одного её вида начинало тошнить.

Второе, что позволяло Приозерью оставаться на плаву — железо и кузнечное ремесло, которое здесь было доведено до совершенства. Лучший по качеству металл выплавляли именно здесь, а изделия из него славились по всему миру. Что было лишь дополнительным раздражителем для Первого императора.