В итоге, сдерживая двойной натиск и проклиная собственное благородство, к вечеру мы всё же добрались до столицы в таком вот неожиданно расширенном составе. Прямо перед досмотром я, руководствуясь своей интуицией, разделил отряд, отправив часть парней вперёд вместе с нашими санями и дав команду не показывать виду, что мы знакомы до того момента, пока они не убедятся, что всё в порядке. Сам я при этом остался с обозом. Свербело у меня в одном месте, а я своей чуйке привык доверять.

— Так, что в обозе? — проверив сани и пропустив их дальше, спросил нас дежуривший на привратной площадке таможенник.

— Трупы, — мрачно ответил я. — Много трупов.

— Как это трупы, чьи? — опешил от такой новости чиновник, а несколько стражников, стоящих рядом, подобрались и потянулись за оружием.

— Хозяина обоза и его помощников, — пояснил я, но глядя как один из стражников уже активно зовёт подкрепление, поспешил добавить. — Ну и бандитов, которые их убили. А ещё нескольких ублюдков мы взяли живыми, когда отбивали обоз. В общем, нам бы кого статусом повыше, чтобы решить вопрос с бумагами. Ты уж не обижайся, уважаемый, но мне кажется, дело пахнет королевским судом.

Обижаться он не стал, напротив охотно закивал, видимо, представляя сколько времени и сил потребует это разбирательство. Пробовать заработать на этом мрачном деле младшему чиновнику было не по статусу. Это тебе не взятки от купцов брать за пропущенные без декларации товары или какой шлюхе юбку задрать в подсобке, за то, что в город впустил без платы. Тут того и гляди всё будет под пристальным взором королевских дознавателей, которые ненароком могут и у самого чинуши чего-нибудь не то разузнать. Кто на таможне без греха? А потому он лишь приказал усилить охрану, сам отправившись искать кого-то, кто взвалит на себя это нелёгкое бремя. Как по мне, делать это на ночь глядя было весьма неблагодарным занятием.

Так и вышло, господин Ливир, старший чиновник, в чьей юрисдикции находились северные малые ворота и соответственно всё, что их пересекало в обоих направлениях, был раздражителен и зол. Ведь он, по его словам, был выдернут прямо из-за стола, где сейчас остывает ужин, заботливо приготовленный его заботливой женой. От того первым его желанием было дать пинка своему подчинённому, а нас всех взять под стражу и уже утром разбираться во всём произошедшем. И этот наглый **#*#** ему и последовал несмотря на наши возражения и вполне разумные доводы. Десяток королевской стражи у него за спиной, по его мнению, был веским аргументом не слушать причитания каких-то наёмников. Вот же **#*#**!