— Нет, — серьёзно сказал Игнат. — Теперь верю только тому, что вижу собственными глазами.
Вернувшись в лагерь, Таринор с Игнатом обнаружили хмурого Тогмура, который пытался сложить палатку так, чтобы она не напоминала бесформенную кучу тряпья.
— О, явились! — проворчал северянин. — Смуглорожие уже с место снимаются, а я всё ещё вожусь. Не моё это дело, тряпки укладывать… Ох, чтоб меня! Игнат, это кто ж тебя так разукрасил?
— На меня не смотри, — ответил Таринор. — Я тут не при чём. А куда котелок делся?
— В мешке он. К слову, похлёбка у Игната так себе вышла. Несолёная совсем.
— Ага. И неварёная, — хихикнул маг. — Ладно, пойду поищу, кто заштопает мне щёку. Саднит, зараза, будто перца насыпали. И надо бы придумать, как Мирану отблагодарить. Если б она вас не привела…
Глава 22
Войско преодолело добрые пару десятков миль и к вечеру вновь встало на привал. Таринор узнавал эти места, здесь начинались предместья Энгатара. Деревни встречались на пути всё чаще, и он предложил Равене собрать отряд, чтобы пополнить запасы.
Та поначалу была не в восторге от этой идеи, но усатый дядюшка Вернер выступил в роли голоса разума.
— Ты привела с собой разных людей, — сказал он. — Они поверили в тебя, оставили дом и родных. Но голод меняет даже самых лучших из нас. Многие из них не станут терпеть и сами начнут грабить округу, как сир Доррен. Лучше решить дело миром, пока это возможно.
К счастью для Равены, кое-кто из окрестных жителей согласился расстаться с частью запасов в обмен на серебро. Вот только цены сильно отличились от того, что она ожидала.
— Целый марен за фунт чечевицы! Полтора за кочан капусты! — возмущалась девушка, возвращаясь в лагерь. Она шагала рядом с телегой, гружёной мешками. — Хапуга наживается на тех, у кого нет выбора!
— Представь, сколько серебра уже потратила принцесса на свою часть войска, — заметил Таринор. — Наверняка король распускает слух, будто его дочь ведёт на столицу иноземцев-завоевателей, стремится во что бы то ни стало занять трон. Собственно, у войска два пути: либо покупать снедь у местных, либо поступать как тот ублюдок, сир Доррен, и просто грабить селян. Но её высочество, как сказал Дэйн, выбрала первый путь ещё до того, как покинула Высокий дом. Чтобы в ней видели не безжалостного захватчика, а полноправную хозяйку Хартланда.
— Скажу проще, — усмехнулся Вернер. — Чтобы после коронации ей не пришлось воевать с собственным народом. Я не король и не лорд, но, думается, куда легче править теми, кого перед этим не ограбил.
Равена окинула взглядом мешки на телеге и вздохнула.