Девушку в шлеме народ жалел.

В самом деле, ну кто в наше просвещенное время прется на облако в боевой экипировке? Зачехленный нож, пистолет в набедренной кобуре, штурмовой автомат в руках. Нонсенс. Эту дурочку испепелят прямо перед воротами в миссию. Как пить дать.

Толпа возносилась.

Летела прямо на небеса, оставляя под собой город-гору и прилегающий к нему оазис. Пустыня, пальмы, трехмерный уличный лабиринт, суетливые ведуны — всё это утратило смысл в преддверии опорного пункта Высших Сфер. Никчемная суета…

Человеческий дождь втягивался в клубящуюся белесую поверхность. Сотрудники миссии настроили переменную проницаемость, так что дневная смена и отдельные просители спокойно проваливались внутрь. Не встречая сопротивления.

Наоки подрубилась к городской инфосети и получила доступ к спутникам, кружившим по геостационарной орбите над планетой. В правый верхний угол наглазника девушка вывела изображение дворца миссии. Здания выглядели монументально и величественно. Неведомые архитекторы придерживались неоклассического стиля, снабдив комплекс фризами, мраморными панелями и плоскими скульптурными барельефами. Чаши фонтанов — строгие, без лишних украшений, предельно функциональные. И всюду — массивная колоннада.

Со спутника просматривался садово-парковый ансамбль, разбитый на четкие сектора, структурированный до предела. Идеально круглый пруд, ровные дорожки, безупречно постриженные кусты и деревья, монолитные скамьи из серого мрамора и амазонитового гранита. Всё было спроектировано таким образом, чтобы смертные остро ощущали своё ничтожество и величие Семи Архангелов.

Говорят, внутри других срезов миссии Верхних Сфер были попроще. Иштамб имел для ангельского воинства особое, сакральное значение.

Наоки со своими спутниками влетела в белесую пелену и на несколько мгновений утратила связь с реальностью. Вокруг простиралось зыбкое ничто, в недрах которого всплывали странные видения. Словно заглядываешь в глубину собственной души, пытаешься схватить ускользающие образы, но тонешь в эфемерной относительности…

А потом яркий свет резанул по глазам.

Полет Наоки замедлился.

Сотни просителей и адептов напомнили ей о межконтинентальных ракетах, которые вырываются из подземных шахт и буравят облачный покров, направляясь к территории противника. Люди выныривали из белоснежной ваты, тормозили и плавно опускались на окаменевшие всхолмления.

Наоки почувствовала, как ее тянет к земле.

Ботинки коснулись упругого покрытия, напоминающего то ли каучук, то ли хорошо утрамбованный дерн поля для игры в гольф.