Стиснув рукоять стилета ещё сильнее, он переступил через порог, нарочно шурша разбросанными страницами. Дойдя до середины мастерской и никого не обнаружив, он понял: единственным местом, откуда могла исходить потенциальная опасность, оставалась миниатюрная кладовая, отделенная от комнаты тканевой занавеской.

Едва Хенрик приблизился к кладовой на расстояние вытянутой руки, занавеска резко отлетела в сторону, и в него метнулось остриё ножа. Лезвие лишь оцарапало кожу, не успев войти глубже. Хенрик мгновенно выбил нож, перехватил запястье нападавшего и выдернул его из кладовой. Стилет уперся в горло нападавшего.

— Зи! Какого черта ты целишь в меня ножом? Что вообще здесь происходит?

— Мда. Что происходит! Что происходит! Хенрик! Не задавай глупых вопросов. И вообще…

Как ни в чем не бывало Зи отмахнулся от стилета, сам схватил Хенрика за запястье и потащил к выходу. Они переступили порог, Зи поднял с пола глиняную табличку, лежавшую лицевой стороной вниз, и сунул её Хенрику в лицо.

— Мда. Вот что здесь написано. Что здесь написано... Сколько раз я буду тебе повторять? Давай вместе читать, — с явным нравоучением упорствовал Зи.

— ЗИ-ГИЗ-МУНД! Не Зи, а Зигизмунд! Сколько раз повторять, перестань меня так называть.

«МАСТЕРСКАЯ ГОСПОДИНА ЗИГИЗМУНДА М.»

— Это единственное, что беспокоит тебя прямо сейчас? То, как я тебя называю?

Зигизмунд поднял глаза, левой рукой поправил очки и несколько мгновений впивался в Хенрика взглядом — острым, как нож. Если бы Хенрик знал, что его фамильярное отношение к Господину Зигизмунду М. напоминает о родном поместье, о семье, о младшем брате, который днями напролет дразнил его: Зи! Зи! Зи! — то, возможно, был бы учтив и внимателен в выражениях. Но Хенрик не знал.

Закончив пятиминутку осуждения, Зигизмунд вернулся в мастерскую и подозвал Хенрика помочь.

— Мда. Давай поднимем эту полку. Помоги мне! — крикнул Зигизмунд, зазывая Хенрика внутрь.

— Зи, ты же знаешь: никто в городе не может выговорить твое полное имя, а ты всё упорствуешь, — начал защищаться Хенрик, помогая поднимать массивную полку.

Поставив полку на место, они перевели дух.

— Мда. По какому делу ты решил ко мне заглянуть? Пожалуйста, скажи, что просто решил проведать старого друга, а не за очередной бумажкой, — поднимая с пола запачканные кровью бумаги, пробормотал Зигизмунд.

— Вообще-то...

— Мда. О нет! Вот так всегда!

Положив бумаги на стол, Зигизмунд подошёл к кладовой и принялся активно что-то искать. Быстро найдя молоток и несколько гвоздей, он начал собирать детали того, что раньше называлось табуретом.