— Надо поехать другие заведения осмотреть, — сказал я. — Кофейня в Люблино, говорите, не пострадала?

— Я направил туда двух стражников, чтобы присмотрели. С остальным, к большому моему сожалению, стало то же, что и с этим заведением. Злоумышленники совершили поджоги в достаточно короткий промежуток времени. Примерно, от четырёх до пять утра.

— Шереметевы навредить решили. Ну ничего, они у меня пожалеют.

Я даже не сомневался, что это сделал Святослав. Мотив мне нагадить был только у него и у Сергея Юсупова. Но последний просто не успел бы выяснить за воскресный вечер, чем я владею, и организовать нападение. Оставался Шереметев.

— Полагаю, Алексей, данный инцидент — предупреждение вам. Вот только, к сожалению, пострадали при этом ни в чём неповинные люди. Заведение, между прочим, не только ваше, — Виктор Иванович говорил раздражённо, с осуждением, словно в происшедшем был виноват я.

— Мне тоже жаль, что это произошло, — ответил я. — Шереметев — отъявленная сволочь.

— Тем не менее, вас предупреждали, что надо быть осторожнее. Не послушались? Решили силой действовать? Вот и получили.

— А может быть, ещё и своих родителей я убил, а? — я пристально посмотрел на Виктора Ивановича. — По-вашему, это я начал? Думаете, мне оно надо?

— Алексей, Виктор Иванович, пожалуйста, не надо спорить, — вклинилась Лиза. — Да, произошла трагедия, но Алексей не виноват в этом.

— Кстати, а кому мы деньги платили за охрану? — напомнил я.

— Мои люди добросовестно выполняли свои обязанности, — нахмурился начальник стражи. — Вы прекрасно знаете условия. Невозможно такое, чтобы в каждой забегаловке круглые сутки сидел одарённый. Вам бы тогда средств не хватило наши услуги оплатить. Поэтому не надо перекладывать с больной головы на здоровую. Я сделал всё, что в данном случае от меня зависело. А кашу эту заварили именно вы.

Я совершенно не понимал, почему Виктор Иванович так взъелся на меня. Ему-то из-за чего переживать? Не его собственность пострадала. Это я должен злиться, а не он. Да и сами Оболенские праведниками не были. Они тоже вели захватническую деятельность, но только на Урале. В середине тридцатых они устроили серьёзную потасовку вначале с Демидовыми, потом — с Холмскими. Однако для них ничем хорошим это не закончилось: в стычках погибли несколько членов рода.

От меня не укрылись взгляды, которые Виктор Иванович бросал на Лизу. Так вот оно в чём дело? Вот из-за кого он переживает. Неужели он… я отогнал дурные мысли, но подозрения остались.

— Виктор Иванович, я вас ни в чём не обвиняю, — сказал я, — но никак не возьму в толк, почему возлагаете ответственность за случившееся на меня? Вы либо не знаете, что происходит, в чём я сомневаюсь, либо что-то затмило ваш разум, и я никак не могу понять, что именно…