— В соревнованиях среди конов победил Архип. — без эмоций произнесла Азалина. — Скажи, матэ, готов ли ты бросить вызов мне, коменданту крепости?

— Нет, не готов. — без промедления ответил старший наставник. — Я отказываюсь.

— И так. Соревнования завершены! — гер'кон повысила голос. — И у нас имеется всего лишь четыре победителя. Первогодок Алексис, тан Игор, ко'тан Александр, и кон Архип. Двое из победителей смогли перешагнуть за пределы своего звания, и хаос зафиксировал их победу. Завтра состоится церемония награждения, а сегодня всем приказываю отдыхать. Кон Френ, отдай приказ дозорным, пусть откроют ворота.

* * *

Впервые на территории орденского поселения я был предоставлен сам себе. Мне не надо было куда-то идти, выполнять чьи-то приказы, или спасать свою жизнь. Можно было просто лечь, и уснуть, или покинуть казарму, чтобы прогуляться по узким извилистым улочкам.

Я выбрал поход к местному оазису жизни — крепостному парку, в который сегодня открыли свободный доступ Уже от нескольких людей приходилось слышать, что в сердце крепости сохранен кусочек Артеи, какой она была до войны. За мной увязались Аная, Криша и Кений. Я был не против — первогодки один раз уже бывали в парке, и могли рассказать что-то интересное.

— Там много деревьев разных, растений. — перечислял копейщик, шагая впереди. — Есть большие, и совсем крохотные. Говорят, что раньше ещё и зверьки маленькие были, но полсотни лет назад все погибли. Представляете — зверь, не заражённый хаосом? Какой он?

Высокие, даже больше, чем на внешней стене, ворота были распахнуты наружу, и за ними начинался парк. Да, именно парк, а не дикий лес, как я предполагал изначально. Извилистые, вымощенные камнем тропинки, скамейки, и ровные ряды деревьев, между которыми росли травы и кустарники. Некоторые цвели, из-за чего воздух в парке был насыщен одуряющими ароматами.

— Здесь все растения безопасны. — сообщил Кений. — А вот в цитадели, говорят, есть хищные, способные сожрать ученика, и даже первогодка

Я не слушал, о чем говорит копейщик, потому что увидел то, чего никак здесь не могло быть. Сефаран — дерево, в изобилии растущее в моём мире. Оно было везде, на всех материках и островах, и считалось чем-то, вроде легких планеты, и в то же время сорняком, который непросто извести. Древесина у него годилась разве что на топливо, и потому никто им не интересовался. Растет, и пусть себе.

И теперь, увидев Сефаран здесь, на другой планете, я задумался. Нет, не о том, что Артея и мой родной мир являются одним и тем же. Местное звездное небо было совершенно иным. А подумал я о том, что когда-то, давным-давно, между планетами имелась связь, причём физическая. Каким-то образом между мирами можно было перемещать предметы, возможно и одушевлённые. Одни местные имена чего стоят — я уже несколько раз встречал те, что широко используются в моем мире, но так же попадались и совершенно необычные, чужеродно звучащие даже здесь