Столетие спустя исследователь из греческой колонии Массалия по имени Пифей обогнул Британские острова и зашел в Балтийское море. Это первый автор, который упоминает Шотландию, рассказывает об арктических льдах и описывает впечатления о полярном дне. Однако, как и в случае с Ганноном и Гимильконом, текст Пифея сохранился лишь в виде отрывков и пересказов более поздних авторов. То же самое относится и к китайскому дипломату Чжан Цяню, которого император У-ди из династии Хань отправил в Центральную Азию в 138 году до нашей эры. Его путешествие положило начало новой эре взаимоотношений между странами Азии, дав толчок первому расцвету знаменитой сухопутной торговой сети, которая связала Китай с Индией, Ближним Востоком и Средиземноморьем и позже получила название Шелкового пути. Достоверность его странствий не вызывает сомнений, однако личность и сочинения дипломата остаются загадкой. Единственный источник, повествующий о поездке Чжан Цяня, – «Исторические записки» («Ши цзи»), составленные его современником Сыма Цянем.

Один из первых исследователей, чей рассказ от первого лица о собственном путешествии дошел до нас, – буддийский монах Фасянь. В 399 году, когда ему было около 60 лет, он вместе с девятью монахами покинул монастырь в Чанъане (современный Сиань) в центральном Китае и отправился в паломничество в Индию, надеясь найти буддийские тексты, недоступные в Китае. Это было изнурительное пешее путешествие через пустыню Гоби, на просторах которой монахи видели только «реку песка» и «сухие кости мертвых», и через высокие перевалы Гималаев «среди холмов и холода», где не было никакой растительности, а драконы «изрыгали ядовитые ветры» – настолько едкие, что Фасянь не мог говорить. Монахи переправились через широкий Инд и попали в Индию – землю, где родился Будда; здесь они посещали храмы и святыни, созерцали реликвии, связанные с Буддой, и шли по его благословенным следам. В конечном итоге Фасянь прошел вниз по Гангу до религиозного центра Варанаси и далее до Паталипутры (современный город Патна). Новый мир казался путешественнику странным, но отнюдь не менее значимым: он видел в Индии истинное «Срединное царство», центр вселенной. Китай, который с гордостью присвоил себе этот титул, представлялся ему лишь «пограничной землей». (Такие высказывания, несомненно, возмутили бы многих читателей на его родине, однако с буддийской точки зрения центром вселенной являлась Индия.) Рассказ о путешествиях Фасяня – сначала изложенный устно братьям-монахам, а затем записанный в анналах буддийских героев и распространившийся по всему Китаю – помог изменить мировоззрение китайцев: его родина потеряла центральное положение и вписалась в более широкий мир. Путешественник пробудил в целых поколениях исследователей любопытство и пытливость ума и вдохновил их последовать его примеру. В случае с Фасянем мы видим – возможно, впервые, – что рассказ об исследованиях, изложенный самим исследователем, способен изменить мир.