Не желаю ни в коей мере оправдывать или преуменьшать трагедии, травмы или ужасы, легшие в основу некоторых из описанных путешествий. Я хочу восстановить ощущение исключительной человечности, проявившейся в этих странствиях. Опыт мигрантов, беглых рабов, а также послов, проводников и носильщиков из числа коренных народов формировался под влиянием факторов потребности и необходимости, принуждения и насилия, но не исчерпывался ими. Безусловно, крайне важно понимать, чем были вызваны нужда и применение силы, жестокость тех систем, которые лишали людей возможности жить своей жизнью. Но давайте не будем отнимать у этих исследователей их субъектность (способность выступать активным действующим лицом) и не станем преуменьшать значение их переживаний.
Перед вами рассказ – об исследованиях, воображении и удивлении, любопытстве, связях и обмене, – в котором известные искатели приключений и обделенные вниманием исследователи находятся на равных. Эти тексты – лишь малая часть из миллионов рассказанных и нерассказанных историй об известных и неизвестных исследователях, чьи судьбы легли на алтарь времени или стали жертвами расовых и классовых несправедливостей, долгое время заглушавших повествования многих людей. Некоторые истории можно оживить только если внимательно вчитаться в стандартные отчеты о путешествиях, прислушаться к эху голосов незамеченных исследователей и усилить их шепот. Забытых исследователей можно найти в каждом рассказе беглого раба, в каждом письме мигранта домой и в каждом упоминании о проводниках и носильщиках. Их можно вернуть. Нам нужно лишь захотеть их увидеть. Только если переосмыслить само понятие исследователя и всерьез отнестись к жизнямвсех, кто занимается исследованиями, мы сможем по-настоящему понять одну из основных человеческих потребностей: стремление познать окружающий мир.
Глава 1 Воображение
Каждое путешествие начинается в воображении. От первогоHomo sapiens, покинувшего Великую рифтовую долину, до человека, ступившего на поверхность Луны, – любое исследование сначала зарождалось в виде замысла и лишь затем претворялось в жизнь. Человек начал исследовать мир в доисторические времена, примерно 300 000 лет назад, когда первые люди покинули свои дома в Восточной Африке и отправились в путь – сначала по Африке, а затем и по Евразии. В течение следующих трехсот тысячелетий человечество расселилось по самым разным уголкам земного шара. Древнейшие свидетельства об исследованиях, дошедшие до нас со времен античного мира, хранят обрывочные воспоминания об этой первой эпохе великих открытий: сначала на протяжении поколений их передавали из уст в уста у костра в виде мифов и эпосов, и только потом они были записаны. Мифы о переселениях и исследованиях – о том, что люди пришли из какого-то другого места, что наши братья и сестры перемещались разными путями, что кого-то изгнали и он начал новую жизнь в ином краю, или что община приняла какого-нибудь странника из далеких земель – помогали сделать географические различия между группами людей менее значимыми и пробуждали их интерес к внешнему миру. Таким образом, воображение способствовало расселению людей в первые тысячелетия нашей истории, но оно же постоянно подталкивало их и к новым объединениям. Нити человеческой паутины растягивались до предела, однако связи между отдаленными популяциями, пусть и слабые, сохранялись.