# # 1 Г у л г о м — оживлённый с помощью силы гномьих рун каменный истукан, своего рода голем.
— Сколько времени в плавании? — спросил бригадир чёрных гномов неразборчиво.
— Шестнадцать дней в одну сторону и столько же в другую, — ответил капитан, гном с рыжей бородой, украшенной золотыми кольцами.
— На берег сходили?
— Взяли этих не-гномов. Не в городе, посреди безлюдных территорий. За время плавания они не выказали никаких признаков болезни.
— По пути назад причаливали? Сходились с другими кораблями?
— Нет.
Два дрэллера по команде стали обнюхивать всех прибывших. Эти существа не носили ошейников или намордников, не нуждались в цепях, они были достаточно умны, чтобы понимать, чего от них хотели и слушаться. Один зверь долго тёрся у ног Кельвина, он был напорист, тяжёл, старался отдавить ногу. Принимающая бригада насторожилась. Но в конце концов фыркающая тварь потеряла к галантерейщику интерес и отстала. Тщательно сделав своё дело, дрэллеры вместе с несколькими сопровождающими перебрались в нутро пароплава и не возвращались, пока не обнюхали там каждый квадратный шаг.
— Всё чисто!
— Добро! Не шевелитесь! — приказал бригадир.
Несколько гномов с бочками и трубками принялись дёргать небольшие рычажки, торчавшие слева, а потом повернули на трубках штурвалы и обдали экипаж с паломниками облаком едкой зловонной росы. От неё жгло глаза и во рту разливалась тошнотворная горечь.
— Отчаливайте, — распорядился бригадир, — и добро пожаловать домой!
Тяжёлый корабль поднял якорь и стал набирать ход, огибая другие причалы. Вдруг по левому борту полыхнула огненная вспышка, запоздало раздался гул. Команда парусника, пришедшего под флагом Сорша, вступила в схватку с чёрными гномами прямо на причале. Бородачи направили на людей свои трубки, но вместо алхимической росы из широких раструбов ударило алхимическое пламя. Оно с рёвом набросилось на корабельщиков, гоня их, вопивших прочь, перекинулось на корабль. Люди бросались в воду, спасаясь от огня, который не угасал, а вслед полетели пули и арбалетные болты.
— Кажется, кто-то уже прокатился на спине пегой кобылы, язви их души, — сказал Кельвин мрачно.
Один из неудачливых беглецов вынырнул прямо у борта пароплава и жалобно закричал, однако вместо помощи призвал на себя смерть. Рука белого орка оказалась точной, — гарпун вошёл в темя и вышел из правого бока, мертвец отправился на дно.
К причалу, подле которого пылал корабль, уже спешил другой пароплав, небольшой, деревянный, но тоже чадивший трубами; на его корме находилась конструкция, походившая на абордажного ворона. Когда оный корабль развернулся к погорельцу задом, конструкция изогнулась, спустила ниже крюк на толстом канате, подхватила парусник и пароплав медленно пошёл на открытую воду.