— Мы преодолели четверть пути, госпожа моя, надеюсь, вы не откажетесь отметить это небольшое достижение. Вам можно пить?
— Немного можно.
— Какая радость! Я встречал разных служителей разных богов, с некоторыми было весело, как с последователями Нуфу ба, например, а от других живьём покрываешься плесенью, — это я о жрецах Джа ды. С вами намного приятнее иметь дело.
Кроме них двоих на палубе были только телохранители Самшит. Маргу так и плавал где-то в чёрных водах, а команда сидела на камбузе и в трюме. Наёмник из своих денег закупил для матросов несколько бочонков по-настоящему хорошего, хоть и не великолепного вина, и много отличного мяса, чтобы они не показывались наверху подольше.
— Когда я добралась до Сайная, — припомнила Самшит, пробуя восхитительный напиток на вкус, — меня поразила их религия. Двоебожие, в котором один бог безусловно главенствует, а второй существует как пустяк.
— Не надо так, госпожа, Нуфуб не пустяк. Он бог молодых, дерзких, азартных, верящих в шанс и быстрый путь к обогащению. Джедуи говорят: «Кто не веровал в Нуфуба, — тот не был юным; кто не верует в Джаду, — тот не повзрослел».
— А вы ещё юный или уже повзрослевший?
— Я, — Сирли ловко поддел несколько кусков поджарившейся говядины и положил их на тарелку девушки, — думаю, вдвое вас старше. Право, память моя уже настолько плоха, что я об этом забываю время от времени и всё ещё скачу молодым козликом. Потом становится неловко.
Он улыбнулся, она невольно хихикнула и испытала стыд от того, насколько ей был приятен этот вечер.
— Я имела в виду… ну кому вы… какого вы…
— В вопросах вероисповедания ваш покорный подобен вестеррайхским гоблинам, то есть бродячий генотеист. Почитаю тех богов, на территории которых нахожусь. В Сайнае чтил Джаду и Нуфуба, в Вестеррайхе склонял голову во храмах Господа-Кузнеца… пожалуйста, не надо так морщиться, ведь в Ур-Лагаше я безмерно почитал Элрога Пылающего.
— Но у вас же была изначальная вера? В Вольных Марках почитают каких-либо богов?
— Нет, — пожал плечами одноглазый, подливая ей вина. — Вампиры не любят религий, не любят богов, потому что боги не любят вампиров. Знаете, отчего?
Самшит ожидала ответа, медленно откусывая от персика. Этот образ несколько заворожил Кельвина, однако он быстро очнулся и продолжил:
— Потому что богам неугодны те, у кого нет душ. Из-за этого сарди, как вы их зовёте, тяжело ходить по земле, на которой стояли культовые сооружения. Они запрещают религии, а смертным и плевать. Там, в Марках, госпожа моя, кровососы — единственные известные боги.