— Отпусти лошадь, щенок. Не смей тесак поднимать. И на колени.

— А-а… Это ты, пёс? — догадываюсь, что меня нашёл охотник, которого я вырубил при первом визите в «Ураган». — Что, ты всё-таки следил за мной? Выбрал удобный момент для мести?

— Заткнись! — рычит охотник. — Делай, что я сказал.

Активирую духовный доспех, и в следующий миг получаю пулю в затылок. Больно, сука! Марат по прозвищу Таран не такой дурак, каким кажется. Не стал ждать.

Лошадь и правда приходится отпустить. Блин, только бы не убежала, на ней моя сумка!

Кидаюсь на Марата. Отвлекающий удар рукой пролетает мимо, а вот пинок по рёбрам выходит плотным. Правда, натыкается на магическую броню.

— Хочешь потанцевать, мелкий? — охотник отбрасывает винтовку. — Ну, давай!

— А ты на что рассчитывал? — встаю в боевую стойку. — Убить меня хотел?

— Нет, просто уважению научить!

— Зачем стрелял тогда?

— Чтоб духовник тебе покоцать!

Оправдывая свою кличку, Таран бросается вперёд, но я вдруг поднимаю ладони и кричу:

— Погоди-погоди! Одну секунду, пожалуйста.

— Чего, бл…

— Я только лошадку поглажу.

Подхожу к кобыле и леплю ей на лоб печать Метки. Чтобы, если убежит, я мог её найти.

— Всё, готово.

— Ты точно еб**утый, — усмехается Марат. — Ладно, тем веселее! Погнали!

Драться с мужиком, который выше меня на голову и явно опытней, оказывается действительно весело! Ему удаётся несколько раз удивить меня необычными приёмами и ударами под неожиданным углом. Впрочем, я тоже радую его сюрпризами в виде мощных оплеух. Или вот, внезапное сближение, захват и бросок!

Приёмы военного груба рулят!

Таран ухитряется выбраться из захвата и подскакивает. Продолжаем танцы, у обоих в глазах плещется азарт. Снова идём друг на друга, обмениваемся ударами. Пытаемся выяснить, у кого сильнее кулаки и у кого духовный щит крепче!

Увы, наши разборки прерываются бунтовщиками. Они не вдупляют, что перед ними два охотника. Видят дорогую лошадь, сумку на ней, винтовку на земле, и решают, что здесь можно поживиться. Пять мужиков и страшная, как шерстистый аллигатор, баба бегут на нас.

Переглядываемся с Маратом и одновременно кидаемся на придурков.

— Потом закончим, сопляк!

— Как скажешь, дядя! — восклицаю я и первым врываюсь в банду бунтовщиков.

Теперь ещё веселее! Раскидываем остолопов, в буквальном смысле. Наши удары разбрасывают их по всей улице. Только уродливая бабища остаётся почти невредимой. Я женщин не бью, а Таран просто отбирает у неё дубину и прогоняет усиленным пинком под зад. Охая и держась за отбитые булки, баба скрывается за углом, бросив стонущих товарищей.