Сила удара тем не менее была передана полностью, и от столкновения он буквально улетел, снеся еще пару человек, прежде чем наконец упал на песок.
Миша среди Третьих Кругов был сильнейшим, но ему хотя бы требовалось прикладывать некоторые усилия, чтобы справиться с соперниками. Я среди Вторых Кругов после двух лет тренировок чувствовал себя как взрослый в детской песочнице.
Второй мой соперник — жилистый, с парными топориками, — которого уже выбрал я сам, был заметно быстрее первого и успел атаковать дважды, прежде чем я подловил его на отступлении и, не забыв прослойку, вмазал плашмя лезвием секиры в район копчика, отправив в затяжной полет за пределы круга.
За Наташей я следил краем глаза. На первого соперника у нее ушло два удара крест-накрест — по плечу и по бедру. Второй продержался три, потому что успел закрыться.
Она уже разворачивалась к следующему, когда за ее спиной появился широкий парень с руками, объятыми зеленоватым пламенем. Она развернулась всем корпусом, атакуя буквально себе за спину, и парень отправился искать соперника попроще, зажимая кровоточащий локоть.
Однако когда я заметил, что на нее через половину круга, взлетев над толпой, понесся один из старожилов форпоста, видимо решив, что недавняя студентка слишком много о себе возомнила, я все-таки решил вмешаться. Но не напрямую, разумеется.
Просто мне неожиданно захотелось атаковать бойца на другой стороне круга, и так сложилось, что моя траектория пролегла ровно мимо того старожила. А когда мы встретились в воздухе, я, чтобы он не мешался, сбил его на землю одним ударом секиры.
Ян работал в круге черного песка. За эти два года он хоть и не прорвался на Третий Круг, но кратно улучшил контроль своих теней, а также теперь мог использовать магию ухода во тьму больше десятка раз за бой, оставаясь при этом невредимым. Так что за него я волновался меньше, чем за кого-либо другого, даже при том, что у него была всего одна рука и один кинжал.
Собственно, кинжалом он почти не пользовался: соперники заканчивались раньше, чем дело доходило до него. На него насели двое, причем оба старались держаться с правой стороны, где у него был пустой рукав.
Одного он буквально спеленал тенями, подавив начавшую вспухать водную волну, и вырубил точным ударом пятки в челюсть. Второго уделал, растворившись в тенях и возникнув у того прямо под ногами, проведя идеальную подножку и обозначив смертельный удар кинжалом в сердце.
Артем за эти два года тоже поднаторел в магии. Прибрежный песок каменел под его ладонями и вставал косыми плитами, которые принимали чужие удары и тут же осыпались градом небольших каменных звездочек прямо в лица соперникам. Он бы никогда в этом не признался, но я знал, что немало трюков Артем подсмотрел у Миши, адаптировав приемы магии кристалла под себя.