— Слезай, — сказал я и поднял с наста узел. — Примерка.

Одежду собрала Наташа. Ватные штаны, свитер грубой вязки, куртка, сапоги. Все это было рассчитано на Наташу, а Агата ниже ее почти на голову и заметно тоньше в кости, поэтому Наташа заранее прошлась по всему с иглой. Но и после иглы штаны пришлось подворачивать, а рукава закатывать.

Агата терпела примерку молча. Стояла, поднимала руки, когда я показывал поднять, поворачивалась, когда говорил повернуться, и смотрела на всю эту возню с вежливым недоумением.

Холод ей был безразличен, я знал. Смысла в тряпках она не видела никакого, но это были приличия, раз уж она выглядела как человек. Довод был все тот же.

— Это тоже плата, — сказал я, затягивая ей ремень на последнюю дырку, пробитую ножом. — За мясо. Мясо было? Было. Носи.

Она очень серьезно кивнула, одернула куртку, опять же очень человеческим движением, и вопрос был закрыт.

С сапогами вышло сложнее. В сапогах она сделала три шага, остановилась и посмотрела на меня с искренним недоумением. Я показал на свои. Она вздохнула, совсем по-человечески, и пошла дальше, ступая с той осторожной брезгливостью, с какой кошка идет по мокрому. К концу дня, правда, ходила уже как ни в чем не бывало.

Память ее так и молчала. Я пробовал аккуратно, через Вирра, заходами с разных сторон. Снег, лед, лес, образы, картинки. Пусто. Она не запиралась, ей просто нечего было показать, и я перестал давить. Придет само или не придет, а намеренно расковыривать то, что было запечатано многие века, я не готов. Пока не готов.

Зато охотилась она с нами уже как своя. Не билась, сил в ее теле было еще до смешного мало, но чуяла. Вела нас на зверя раньше Вирра, а Вирр даже по звериным меркам был невероятно чутким. И вот тут начиналась моя главная здешняя забота.

Даже малые Камни мне были, как хлебные крошки сытому. Нужны были средние, а средних у Стены не водилось на постоянной основе. За ними требовалось уходить глубже. В настоящие леса, к настоящим хозяевам этой земли.

Туда мы и пошли.

* * *

Средние Камни начались на третьем часу хода от Стены, где отдельные языки леса смыкались в сплошную чащу. Дух здесь был плотнее, чем у Стены, я пил его на ходу, но по сравнению с черепахой это все равно были крохи.

Агата почуяла зверя первой. Она сидела на загривке Вирра, и я увидел, как она повернула голову раньше всякого звука, раньше, чем напрягся сам Вирр. Просто повернула голову влево и стала смотреть в одну точку между стволами.

Мы поспешили туда, и вскоре спереди пришел звук. Тяжелый мерный хруст, как будто по лесу шел обоз.