Я отдал распоряжение заблаговременно подготовиться к выезду: проверить все возки, заранее подкормить лошадей калорийной едой — чтобы без сучка без задоринки. И верно: ни одной поломки, ни одной сорванной подковы — и это в приличном таком караване. Причем я понимал, что это не только хорошее планирование, но и удача: на самом деле такие путешествия непредсказуемы. Еще одна причина, почему я в свое время решил бежать, а не ехать.

Переночевали мы в Лейкерте, а на следующий день были в Тверне уже во время раннего зимнего заката. К счастью, ворота еще закрыть не успели, а то пришлось бы нам платить втридорога за постой в трактире снаружи у городской стены! Похоже, они основную выручку и делали на запозднившихся путешественниках, а в остальном «резали косты»: трактир выглядел изрядно обшарпанным и не особенно чистым.

К счастью, мы заночевали в собственном городском доме Коннахов — небольшом, но чистом и даже уютном. Места, правда, было так мало, что я распорядился нам с Гертом постелить в одной комнате, а Фиену пришлось «уплотниться», пустив к себе Тейла Якри. Леле Он досталась отдельная комнатушка, но из нее пришлось выселить слугу, который наблюдал за домом, он постелил себе в кухне вместе с еще парой учеников, которые буквально «вытянули короткую соломинку».

К Цаплям я отправился в тот же вечер: торг на рынке начинался рано, до рассвета, идти к ним в такую рань было бы неудобно — а надо было получить документы и инструкции.

Встретила нас с Фиеном Яса Керн — и я в очередной раз залюбовался ей. Девушка сейчас была в том возрасте (что-то между восемнадцатью и двадцатью), когда она расцветала буквально с каждым годом. Однако эта красотка удивила меня свежей царапиной на щеке. Она попыталась замаскировать изъян макияжем, но мой зоркий глаз углядел его даже в привычной полутьме городского особняка. Слишком уж я часто внимательно рассматривал это лицо!

— Кто это вас так? — осведомился я.

— Пустяки, — отмахнулась Яса. — Жена пациента. Обвинила меня в том, что я его не лечила, а соблазняла, — она хмыкнула. — Можно сказать, боевое посвящение.

— Она выжила? — в тон ей поинтересовался я.

— Я всего лишь связала ее собственной одеждой и оставила на полу в прихожей, — подняла брови Яса. — Увы, я еще недостаточно хороша! Будь я по-настоящему умела, эта женщина не смогла бы неожиданно меня оцарапать.

Царапина опасно подходила к глазу девушки, и я ощутил, как в глубине заворочались знакомые жернова ледяной ярости. К счастью, неспешно, мне без особого труда удалось их остановить. М-да. Кажется, эта девица интересует меня сильнее, чем я до сих пор готов был себе признать. Или просто взросление?