Однако на этом мои неприятности не кончились, на кухню припёрся какой-то подвыпивший рыцарь, вероятно тоже решивший прибарахлиться спиртным. Не держит молодой граф своих подданных в кулаке, ох не держит, раз они в его запасы лазают. Я, конечно, тоже залез, но это другое! Тем временем рыжебородый мужик лет тридцати заметил позднюю пташку и проговорил:

— Леди Агата, вы ли это?

— Я, сир Норим, — со вздохом ответила та.

— Леди Фирана опять не доверяет служанкам? — усмехнулся он, подходя ближе.

— Увы, некоторые вещи не меняются, — отозвалась та, отложив нож и начав складывать перекус в небольшую корзинку. Оказывается, на похавать пробило не приглянувшуюся мне девицу, а её тиранствующую начальницу.

Мда, похожими делами у мужиков занимаются оруженосцы, на пиру вон Румин Винсенту прислуживал и в случае чего всю ночь будет ему доспехи полировать. А у дам на этом месте фрейлины. И всем пофиг на твоё благородное происхождение, сказано притащи перекусить, пойдёшь и притащишь. Император Наполеон вон трёх королей подряд как-то за раз в Вене отправлял поинтересоваться, где там обед, и ничего, все три на кухню по очереди сбегали, не переломались. Правда, он их всех до этого на троны посадил, но то уже другая история.

— Но кое-что мы исправить можем, леди Агата, — взял её за руки мужик.

— Вот уж не думаю… — отозвалась та, но её быстро прижали к стене.

— А думать уже не надо… Ах! — начал интимно шептать ей мужик, но получил со всей дури коленом в причинное место. Однако этого оказалось мало, и он схватил девушку за лицо, заодно зажимая рот и впечатал её затылок в каменную стену со словами: — Ах ты мелкая сука!

— Отпусти! Или тебя повесят! — раздалось мычание.

— Вот уж вряд ли. Я о твоём бесчестье не расскажу, ты тоже промолчишь, — фыркнул он. — Или, может, мне лучше растрезвонить, что как раз ты затащила меня ночью на кухню и умоляла взять тебя на столе…

Дослушивать я не стал, тихо выйдя из тёмного угла. На пути мне попался солидный металлический молоток для отбивания мяса. Им я и засандалил по затылку горе-Дон Жуана, который покачался на нетвёрдых ногах с секунду, а потом наконец упал, как озимый. Жаль только, что живой, и добивать его теперь на глазах у дамы моветон. Я же вежливо произнёс:

— Моё почтение, леди Агата.

— Вы за мной следили? — тут же прищурилась она. Этой бы подозрительности цены не было, если б она нож из рук не выпускала с полминуты назад.

— Да нет, я тут, по чести говоря, немножко обношу винные запасы графа, — улыбнулся я, достав из зелёной дымки бочонок. — Сами понимаете, дамы не любят, когда кавалеры приходят к ним с пустыми руками.