Я же развернулся и пробежал по коньку в обратную сторону, повторив процедуру с обездвиженными на «минном поле» некрохимерами, после чего заорал:

— И это всё, что ты можешь? Иди сюда и окончательно сдохни во славу Света, трус!

Некроманты вообще славятся своим хладнокровием, но, однако, глупо было даже не попытаться вывести умельца делать нежить из животных на эмоции. Однако показываться он не спешил, а мне пришлось начать кидать огненные шары в тварей, пробежавших дворами и пытающихся залезть ко мне на крышу. Я опасался, что придётся сворачиваться раньше, сваливая в конюшню и держать оборону там, но некрохимеры пёрли именно ко мне. Рядом с Винсентом только парочка запуталась в корнях, и рыцарь их быстро обезглавил, после чего те перестали шевелиться. Когти у бывших волков, конечно, были остры и внушительны, но лазать по крутым поверхностям те умели откровенно паршиво. Я же стоял, балансируя в центре конька, мысленно благодаря Корнегура за науку, и посылал огненный шар то в одну, то в другую сторону, в то время как деревня горела вокруг, освещая всё ярким пламенем. Лавовые шары — штуки медлительные, применять их по подвижным целям почти бессмысленно, но мощные, зараза. Уж если жахнут, то жахнут, мало никому не покажется.

Тир с превосходящей высоты длился с минуту, после чего ветер подсказал мне, что надо резко уйти вниз. Я упал плашмя, ударившись грудью о конёк, а над моей спиной щёлкнули когти. После этого пришлось шустро скатываться вниз, чтобы меня не достала вторая тощая крылатая тень, и ехать на заднице с крыши, кинув огненный шар в показавшуюся наверху оскаленную морду.

Морда пропала, но приземление вышло жёстким, однако сразу после него пришлось сходу ворожить. От меня разошлась ледяная волна, сковавшая на несколько секунд нижние лапы ближайших тварей. Между двух из них удалось удачно проскользнуть, лишь когти одной некрохимеры чуть чиркнули по тонкой кольчуге. А вот следующую тварь с пути снёс кулак ветра. Это её не убило и даже не покалечило, но зато я добежал до пятачка перед входом в конюшню, густо засаженного корнями. Мои преследователи влетели в них и тут же получили от вышедшего вперёд рыцаря мечом и когтями от Ахилла. Барс весьма удачно целил в позвоночники, что оказались слабым местом уродливых существ.

— Давай внутрь! — крикнул я.

Кот ретировался мгновенно, а на Винсента в этот момент спикировала крылатая тварь, но тот её с хеканьем располовинил клинком вдоль тела и отозвался:

— Иду.

Вторая летающая бестия взяла выше, не желая повторить судьбу товарки, но ближайшая волчья некрохимера своими гнилыми мозгами сообразила, что если не бежать по земле, то в силки не попадёшь, и прыгнула на воина. Тот встретил её ударом щита, лишь покачнувшись, а когда она упала, почти обезглавил ударом клинка; уродливая башка повисла на лоскуте кожи и мышц, тело замерло. Винсент же допятился до двери и протиснулся в неё боком. Новая тварь попыталась заглянуть к нам на огонёк и тоже прыгнула, но целиком не пролезла, не сумев до конца развернуть тело в полёте, чтобы плечи уместились в щель между воротинами. Рыцарь снова ударил мечом по шее, а я вытолкнул незваного гостя кулаком ветра. После этого мы наконец захлопнули ворота, накинули засов, а я скрепил створки корнями.