— Нет, это невозможно. У нас уже есть четверо сыновей, а если Всевышнему будет угодно, родятся еще, — они и возьмут на себя заботу о нас. Ты — девочка, и поэтому твоим долгом станет заботиться о муже.

В мусульманских странах — что особенно заметно на примере моей семьи — появление на свет сына является благословением, а вот рождение дочери — наоборот, проклятием. Мусульманка не знает, что такое самостоятельность. Всю жизнь за нее отвечает мужчина. Сначала она зависит от своего отца, затем от мужа. А значит, для своих родителей она всего лишь обуза. Эта точка зрения передается из поколения в поколение, и в конце концов маленькая мусульманка сама начинает воспринимать себя как божье наказание. Итак, я была проклятием семьи, а по возрасту занимала место ровно посредине — между двумя старшими и двумя младшими братьями.

* * *

Мои родители были эмигрантами из Алжира, перебравшимися во Францию в конце пятидесятых годов двадцатого века. Они обосновались в достаточно благополучном пригороде Парижа, где я появилась на свет и провела первые годы жизни. Мой отец — богатый фабрикант — сделал себе состояние на производстве тканей; также в сферу его деловых интересов входил ресторанный бизнес.

У меня имелась единственная подруга. Амина, как и я, дочь алжирских эмигрантов, но из бедной семьи. Ее отец работал уборщиком. Моя мать приходила в ужас оттого что я хожу к этой девочке, так как считала их семью недостойной нашего общественного положения. Уже в шестилетием возрасте я считала, что Амине повезло в жизни больше, чем мне: несмотря на бедность, родители окружали ее любовью и вниманием.

Однажды во время игры в куклы Амина затеяла бурный спор о значимости наших имен.

— Мое имя намного красивее твоего! — воскликнула она.

— Нет, мое красивее! — тотчас возразила я.

На самом деле свое имя я не любила: оно казалось мне старомодным и тяжеловесным. Но признаваться в этом я поостереглась, так как не хотела уступать победу.

— Мое красивее. Мама выбрала его потому, что так зовут ее лучшую подругу, которая живет в Тунисе. Мама хотела, чтобы я стала такой же красивой и умной, как та тетенька. Так и случилось, мама мне сама об этом сказала, — с торжествующим видом продолжила Амина.

— Мое имя тоже выбрала мама, потому что хотела мне того же самого, — заявила я, не сомневаясь, что говорю достаточно убедительно.

Почему меня так назвали, я выдумала, чтобы не отстать от подруги. Амина сказала мне правду, в этом я не сомневалась. А вот мне требовалось узнать о происхождении своего имени побольше.

Горя желанием, я поспешила к матери.