— Согласна. Попробуем пойти ва-банк! Я звоню, чтобы зарезервировать нам места на самолет, на первый же завтрашний рейс до Парижа.

— Мама, а если сегодня вечером он снова возьмется за свое? — как бы между прочим спросила Мелисса. — И устроит пожар, когда мы будем спать? Я боюсь!

— Ничего не бойся, дорогая! Этим вечером я буду очень предупредительной и сделаю все, что он захочет. А завтра утром, как только он уйдет на работу, мы закончим приготовления и улетим.

Дочери придавали мне мужества бросить все — и чем раньше, тем лучше. Единственное, что отныне было для меня важно, это свобода. Я чувствовала, что готова рискнуть жизнью.

Я заказала три места на завтрашнее утро, на одиннадцатичасовой рейс. Наши планы воплощались в жизнь.

Весь день мы со страхом и тревогой ждали возвращения Абделя. Он пришел будто завоеватель, его красные глаза внушали страх. Ему нравилось производить на нас впечатление, таким образом он демонстрировал свою власть над нами.

— Самия, иди в спальню, мне нужно с тобой поговорить. А вы, девочки, ждите здесь. Мы с мамой должны уладить важные дела.

Тон Абделя не допускал ни малейших возражений. Впрочем, у меня не было никакого желания спорить, я лишь молча молилась.

— Послушай, — торжественно заговорил он. — Я хочу, чтобы ты пошла к нотариусу и переписала этот дом на мое имя. Я не знаю ни одного мужчины, который жил бы у жены. И я не из тех, кто будет долго с этим мириться!

Абдель давал мне превосходный повод заставить его ждать до следующего дня. Более того, в первый раз в жизни рядом с ним я чувствовала себя значимой. Он вежливо просил меня отдать ему дом, чтобы чувствовать себя здесь полным хозяином по примеру других мужчин. Прежде чем ответить, я сделала глубокий вдох.

— Я не говорю «нет», но хотела бы подождать возвращения родителей, чтобы спросить их согласия. Вспомни, этот дом подарил мне отец.

— Ты права, следует их подождать. Но ты действительно согласна со мной?

— Конечно, все, что принадлежит женщине, — принадлежит ее мужу, — ответила я со всей возможной искренностью.

Он остался доволен моим ответом, немного удивившись открытости, которую я вдруг проявила.

— Ты права, — ответил он, удовлетворенно кивнув. — Все, что принадлежит тебе, — мое. В глубине души ты хорошая супруга, я больше не жалею, что женился на тебе.

С этими словами мой муж вышел из комнаты. Вот так я открыла в себе артистический талант! Присоединившись к девочкам, которым не терпелось узнать, что произошло, я рассказала им о моем соглашении с Абделем касательно дома. Нора была возмущена: вместо того чтобы извиниться за свое недавнее поведение, отец только и думает, что о материальных благах.