Я робко покосилась в сторону двери – слишком далеко. Мне не убежать. Макс один из самых быстрых в группе.

Ну почему я не послушала Хаммера? Мне так хотелось докопаться до правды… и теперь она будет стоить мне жизни.

– Мы должны были заниматься со Спенсом. Вместе! Но твоя сестра-сука пробилась в основной состав!

Может, метнуть что-нибудь тяжелое в окно? Звон стекла привлечет внимание.

Вот только поблизости ничего не было – стул стоял возле Макса, да и до телефона не дотянуться.

– Я придумал идеальный план, вызвав ее в заброшенный дом, где нас никто не слышал, – его губы плотно сжались и даже слегка побелели.

Я инстинктивно отшатнулась.

– Как ты убедил ее приехать?

– Я знал о срыве с наркотой, – Макс шагнул вперед, вновь сокращая расстояние между нами. – И предложил новую дурь, которая якобы быстро выветривается.

И Мара помчалась посреди ночи – ради возможности расслабиться. Теперь я знала, как тяжело выдержать ритм тренировок, и не винила сестру за способ сбежать от вечного напряжения.

Я винила себя, потому что не увидела проблемы. Не спросила. Не поддержала.

– Она просто должна была сдохнуть, – Макс наступал с безумным огнем в глазах. – А ты все испортила!

Мне оставалось лишь пятиться

– Ты же любил Спенсера, – пробормотала я в надежде, что имя брата вытряхнет его из затягивающего омута сумасшествия. – Так почему…

Договорить я не успела – напоминание подхлестнуло Макса.

– Спенс приезжал на похороны, – он судорожно сглотнул слюну.

Так вот, где я совершила промах. На церемонии прощания к нам подходили десятки знакомых, а я даже лиц их не разбирала. Но уж своего «парня», пусть и бывшего, настоящая Мара должна была узнать!

– Он догадался, что хоронят не ту сестру, и собирался ехать в полицию.

А расследование смерти Мары, а не Ванессы Кейн, привело бы к совершенно другим подозреваемым.

Я ошибалась! Дело было не только в программе. Убив брата, Макс заметал следы.

– Ты мог все ему рассказать. Довериться…

Спенсер вряд ли бы сдал его после этого.

– Я и доверился! – в голосе Макса звенело отчаяние. – И получил ультиматум – или копы, или визит к семейному мозгоправу.

Теперь я понимала, почему он не пошел в медчасть во время срыва – знал, что специалист заметит отклонения.

– И тогда ты…

– Я не хотел! Мне пришлось, – с обреченной решимостью Макс стиснул зубы. – Но тебя я прикончу без сожалений!

Макс сделал последний шаг, заставляя меня упереться спиной в стену.

– О тебе все равно узнают! – я почти кричала.

И надеялась, что кто-нибудь меня услышит.

– Пусть сначала вычислят, – он размахнулся для удара.