Последними были Гордон и Мун, но именно я удостоилась замечания. Следующий комментарий ждал меня после отжиманий:
– Неправильная стойка.
Стиснув зубы, я закончила подход и приступила к подтягиваниям.
– Не укладываешься во время, Кейн.
За день я единственная не получила ни одного балла. Даже вечно отстающий Тим обогнал меня в общем зачете. Теперь я понимала, почему Хаммер так быстро закрыл тему с правлением. Убрать меня он мог и, не прибегая к разоблачению.
– Не расстраивайся, – ласково шепнула Бонни, когда я уткнулась лицом в подушку и заявила, что не пойду ужинать.
– Мозес слышал разговоры – на днях приедет важная шишка, – Талула присела рядом. – И будет проверять, как работает программа. Вот «внедорожник» и строит всех, кто попадает под руку.
Убедившись, что уговоры не помогают, девчонки ушли в столовую. Оставшись в одиночестве, я поднялась с кровати и принялась нарезать круги по спальне. Если Хаммер действительно решил меня слить, нужно использовать проверяющего как повод напомнить о себе. Я просто обязана продемонстрировать, что ради цели готова на все. Завтра после построения покажу Хаммеру пакет, и если до конца дня снова не получу балл, передам «улику» проверяющему.
– Посмотрим, готов ли ты на самом деле лишиться нашивок, – с самодовольной улыбкой я приподняла матрас.
И испуганно охнула – трусов под ним не оказалось. Чувствуя, как к солнечному сплетению понимается волна страха, я ощупала каждый стык каркаса, перетрясла одеяло и простыню, заглянула под кровать – тщетно. Мое главное оружие в борьбе с Хаммером исчезло без следа.
– Сукин сын! – взвыла я и кинулась к батарее, стараясь не думать о неизбежном.
Но штаны оказались на месте. Выступившие слезы я стерла с улыбкой – мне все еще было, что предъявить правлению. Осмотревшись по сторонам и наспех набросив на матрас простыню, я машинально открыла тумбочку. Не знаю, что я надеялась там обнаружить, но только не листок бумаги со знакомым размашистым почерком. Дрожащей рукой я медленно достала его из ящика. В записке снова было пять слов, по одному на каждый тревожный укол в сердце.
«Ты забыла про снимки зубов».
Глава 5
Случайный свидетель вряд ли бы придал значения странному посланию, скорее бы расценил как чью-то не самую удачную шутку. Я же понимала, что проклятый кусок бумаги сулит больше проблем, чем пропавшие трусы. Руки Мары сильно обгорели, поэтому об отпечатках речь не заходила. Снимками зубов тоже никто не занимался, ведь отец сразу опознал тело. Личность погибшей ни разу не ставилась под сомнение. Но стоматологическая карта Мары все еще хранилась в архиве городской клиники, и если у полицейских появятся вопросы, никто не помешает им сделать эксгумацию и сравнить снимки.