Родной мир: название недоступно для игрока!
Вид: гоблиноиды.
Раса: высший гоблин.
Нация: пустынный гоблин.
Класс: воин.
Уровень: 12.
Возраст: 18 лет.
Опыт: 7532/7800.
Голод: 35/100.
Жажда: 0/100.
Усталость: 85/100.
Верность: 40/100.
Видовой предел: 30.
Спустя секунду передо мной возникло уточнение:
Воин.
Специалист ближнего боя, полагающийся на силу или ловкость. Способен носить тяжёлые доспехи и щиты, равно как и любое (одноручное и двуручное) оружие. Специализируется на защите товарищей либо нанесении урона.
Стандартный класс, F-ранг. На двадцатом уровне возможна первая специализация, на пятидесятом – вторая.
В характеристиках главным параметром Маликви была ловкость, достигшая значения в двадцать из тридцати возможных единиц. А ещё Cистема выдала девчонке аж пятнадцать единиц харизмы, и да, с очевидным было не поспорить – зеленокожая привлекала внимание.
Никаких дополнительных характеристик, три жалких навыка класса F: пассивные «Пустынный житель» и «Холодное оружие: копья» и активный «Скорость». Но по-настоящему смущал её уровень. Я до седьмого поднялся за пару суток, а тут восемнадцать лет жизни – и всего лишь двенадцатый. Ну хоть с параметром «Верность» всё ясно, как только упадёт до нуля, то Маликви гарантированно предаст меня. Что ж, постараемся не допустить подобного… Но, вообще, Cистема с циферками, откуда бы те ни вылезли, вполне удобная штука. Сразу всё видно и понятно. Главное, хех, не слишком доверять им. Ну а что, мои мины, вроде как, наносят мало урона и должны быть не особо полезны, а я с их помощью недавно без единой царапины прибил стаю собак-мутантов.
А ещё Система занятненько так обозвала Маликви. Обитательница. Намекают на то, что она тут обитает, а я – играю, да? Стало быть, кукловоды перетащили нас в другой мир?
Пауза немного затянулась, а потому, чтобы чуть-чуть разрядить обстановку, я сказал:
– Я не собираюсь резать и жечь всё, что шевелится. Я пока вообще не до конца уверен, что жив.
– Почему? – удивилась Маликви.
– Потому что попал сюда после смерти.
– Ой… – пискнула девушка и её уши пришли в движение, дёргаясь вверх-вниз.
Она вновь потемнозеленела, после схватила свои пропеллеры и прижала их, заставляя успокоиться. Это выглядело так забавно и мило, что я с трудом сдержал улыбку и задал важный вопрос:
– А как ты вообще оказалась в оазисе?
Гоблинша как-то сразу спала с лица и поскучнела. Было видно, что говорить ей не хочется, но всё же благодарность за спасение жизни пересилила, и она ответила:
– Я убежала с друзьями.
Я моргнул.
– Что?
– Убежала…
Я внимательно огляделся по сторонам, проверил, не стоит ли за углом скрытая камера.