– Курс обратно на базу, – скомандовал я. – Разворачивайте корабль.
– Капитан, – старший помощник медленно поднялся и напряженно уставился на меня, – при всем уважении, но Вы не имеете права отдавать подобные распоряжения. Мы сможем вернуться, когда выполним поставленную задачу, не раньше. Отказ подчиняться приказу лаэрда – это измена. Вы к этому толкаете свой экипаж? – вкрадчиво спросил Леон, а моя тьма ощерилась, подсказывая: «Ищет слабое место! Готовится напасть!».
– Желаешь оспорить мое право? – произнес угрожающе, сила плотным черным облаком сочилась из глаз, окутывая тело непробиваемой броней, ощетиниваясь смертоносными щупальцами.
– Не провоцируйте, Корнелиус. Андал Тиберий предоставил мне самые широкие полномочия и выдал особые инструкции на Ваш счет, – старпом отчаянно храбрился, не желая отступать.
– С дороги, Лео, – зарычал, надвигаясь на него. – Я иду за своей женщиной! – сжал руку в кулак, тьма вырвалась, надежно опутывая помощника, погружая в глубокий сон, пока сон.
– Еще желающие? – оскалился, оглядываясь вокруг.
Элиза Кроуфорд
Пугающий инопланетник тащил меня по безликим просторным коридорам, крепко удерживая за руку. Я всем телом ощущала его нетерпение, душную жадную похоть. Она мешала дышать, буквально сбивая с ног. Было страшно, безумно, дико страшно, сама не знаю, на что тогда надеялась. Паника накрывала с головой, еще шаг, и откажут ноги. Шейн вряд ли бы смог перебить всех этих властителей тьмы даже вместе с Гектором. Ох, надеюсь, с моим генералом все в порядке, и ему удалось спрятать передатчик.
Тусклое искусственное освещение едва справлялось со своей основной функцией, из последних сил выхватывая у тьмы крохотные участки. Очередная узкая полоска на стене и снова полная темнота. Мне безумно хотелось, чтобы наш скорбный путь никогда не заканчивался, но, как и всему в жизни, и ему пришел конец. Двери бесшумно разошлись в стороны, пропуская нас. В комнате ярко вспыхнул свет. Здесь небольшая гостиная, она же кабинет, но меня потащили дальше. Еще одна дверь, такой же слепящий свет, серые безликие стены, небольшой шкаф, одно кресло, широкая кровать, застеленная светлым покрывалом, а в самом центре единственной свободной площадки прямо с жемчужного потолка спускались оковы на прочной цепочке. Бездна! Это что, средние века?
– Дай посмотрю на тебя, сладкая, – облизнулся мужчина.
– Могу я спросить? – попробовала потянуть время.
Инопланетник молча прошел к шкафу и вернулся, держа в по-женски изящных руках бокал и бутылку. Вальяжно расположился в кресле, щедро плеская необычный ярко-зеленый напиток.