Глава 18
Его Императорское Величество, Вэлронд Шайн
Чувство надвигающейся беды, чудовищной катастрофы не давало мне покоя весь этот день. Очередное покушение на землянку стало новым витком спирали множества мелких и не очень событий, которые теперь уже виделись мне маленькими звеньями одной большой цепи. Тонко продуманный, я бы сказал, гениальный план: рассорить Ноарию и Федерацию Независимых Планет, а также подставить младшего принца. Только вот для чего? Какова цель? И кто стоит за этим?
Даже если бы Александр убил человечку, я смог бы защитить его, в крайнем случае отправив на дальние рубежи на какое-то время, пока все не уляжется, но это стоило бы всем ноарийцам слишком дорого. Положение на межгалактической политической арене явно бы пошатнулось, никто из членов Совета разумных рас не принял бы подобное отношение к младшей молодой расе, что столь стремительно начала занимать весьма неплохие позиции. Да и внутри страны лично мне, как правителю, все это не сулило ничего хорошего. Оппозиция сразу бы подняла голову, используя столь потрясающую возможность попортить кровь императору, а то и замахнулись бы на смену династии, только зубы еще не отрастили для подобного.
Если размышлять о технической стороне и исполнении, становится очевидным, что злоумышленник взлетел слишком высоко, раз сумел подменить коды императорской печати, да и организация покушения в самой столице – не самая простая для воплощения задача. Искать нужно среди близких, кто-то из тех, кому я доверяю, решил сыграть против меня.
Еще и Алия снова показала свой дрянной характер. Правы побратимы, ох как правы! Нужно ее выдать замуж, чтобы прекращала вертеть своими бесконечными любовниками как хочет. И ведь не подпускает к себе ни одного нормального ноарийца, все сплошь инопланетники, прости богиня.
– Вэл, так и знала, что найду тебя здесь, – тихий голос любимой супруги прогрохотал в гулком пространстве кабинета.
Если бы я не был столь погружен в свои мысли, то почувствовал бы беспокойство моей женщины, лишь ей одной удавалось подобраться ко мне незамеченной, даже у побратимов так и не вышло ни разу.
– Зачем ты встала? – ласково спросил ее, обнимая широкими ладонями хрупкое лицо.
Спустя столько лет и заключений врачей, даже полностью уверенный, что страшный недуг отступил, все еще не мог успокоиться и перестать бояться за мою звездочку. Нет страшнее муки, чем видеть, как твоя единственная угасает, а ты ничего, совершенно ничего не можешь с этим поделать. Долгие годы после рождения дочери, которые должны были стать счастливыми, мы упорно боролись за жизнь той, что является центром нашей вселенной.