Муха приблизился. Заговорил, избегая моего взгляда.

— Короче… Короче, у меня в Алма-Ате живет сестра. Переехала сюда, когда ее муж в Афган перевелся. Он офицером был. Старшим лейтенантом.

— Был?

— Ага… — Муха с горечью сказал и засопел. — Погиб в начале войны. А она…

Внезапно старлей поднял на меня взгляд. И в его небольших, но широко раскрытых глазах я прочитал ту же самую горечь, что чувствовалась и в голосе.

— А она, — продолжал он, — она одна с ребенком осталась. Работает на текстильной фабрике. Тяжко ей одной, Саня. Очень тяжко. Родители наши на другом конце страны. В Мурманске. Да и старенькие они уже, чтобы ей помочь. Потому у нее никого, кроме меня, и нет.

Стараясь унять все еще беспокоившую его нервозность, Муха вновь достал сигарету. Закурил. Выпустил дым со странным клекотом.

— Я, когда служил на заставе, — вновь заговорил он, — я к ней нет-нет да и приезжал. Помогал, чем мог. Племянника моего, Димку, нянчал. А сейчас… Сейчас сам понимаешь. Нет возможности.

Муха на мгновение замолчал. Затянулся и выдохнул дым, не вынимая сигареты из губ. Добавил:

— Я ей писал постоянно. Да только… Только она мне не отвечает уже два месяца. Я… Короче…

Он осекся. Осекся так, будто не мог выдавить из глотки просившееся слово.

— Переживаешь? — догадался я.

— Мгм… — помедлив немного, согласился он.

— Значит, ты хочешь, чтобы я навестил ее? Так? — Я приподнял бровь.

— Ну… — Муха кашлянул. Прочистил горло. — Если тебе не сложно… Я бы хотел…

— Навещу, — я вздохнул. — А после напишу тебе, как она там.

Муха от таких моих слов будто бы снова вздрогнул. Вздрогнул и… уставился на меня не то что удивленными, а прямо-таки изумленными глазами. Казалось, он ожидал, что я стану над ним шутить. Укорять за «мягкотелость» или «перекладывание с больной головы на здоровую». Но я не стал. Лишь улыбнулся. И в улыбке этой не было ни намека на укор или насмешку. Лишь искреннее желание помочь товарищу. Поддержать его в его беде.

— Правда? — несколько удивленно спросил Муха, но потом осекся, отвел взгляд. Неловко, даже растерянно, посмотрел на меня из-под козырька. — С-спасибо, Саня.

— Нужно просто навестить? — вопросительно приподняв бровь, спросил я, видя, что Муха все еще мнется и будто бы хочет попросить меня еще о чем-то.

— Если… — Муха выдохнул так, будто бы наш с ним разговор напрочь лишил его всех сил, — если тебе не сложно, то и поговорить тоже. Ты парень с головой, Саша. А еще… Еще с душой. Умеешь слова подобрать. Не то что я…

Муха очень растерянно улыбнулся. Повторил:

— Не то что я… Только и могу, что глотку на солдат драть.