— Вы слышали о некоей операции под названием «Зеркало»? — проигнорировав его укор, спросил я.
И такой реакции не ожидал даже я.
Особист осекся, остановил шаг. А потом уставился на меня полным холодного подозрения взглядом.
— Нет. Не слышал, — слишком быстро ответил он.
— Вы лжете, товарищ капитан, — не моргнул я и глазом. — Я вижу, что лжете.
От автора:
* * *
Я бил фашистов на войне и служил флоту. В 90-е свои приказали сдать боевой катер тем, кому мы тогда не сдались. Я напомнил им: советские офицеры корабли не сдают.
https://author.today/reader/526345
Глава 14
— Ты забываешься, старший сержант Селихов, — угрожающе понизив голос, проговорил Орлов.
— Сейчас я говорю с вами не как солдат с офицером, — спокойно и даже холодно возразил я. — А как человек, от которого напрямую зависит ваша карьера. Стали бы вы врать такому человеку?
— У нас была договорённость, — вроде бы даже испугался Орлов.
— Да. И одним из условий было, что вы ответите на мои вопросы. А вы отказываетесь выполнять вашу часть договора.
На лице особиста отразилась настоящая злость. Орлов подступил ко мне на шаг. Казалось, он вот-вот схватит меня за грудки и занесёт кулак, чтобы ударить. Однако, видя мою невозмутимость, особист застыл на месте. Лишь погрозил мне пальцем:
— Ты, заносчивый пацан, Селихов… — прошипел он, сверля меня взглядом. — Ты зачем-то лезешь туда, куда не следует. Спрашиваешь о том, о чём не должен. Ты…
— Я взял для вас Стоуна, товарищ капитан. Взял его живым, хотя мог пристрелить как собаку. И знаете почему?
Орлов молчал. Однако дыхание его участилось. Я чувствовал, как офицер особого отдела борется с собственными, нахлынувшими на него эмоциями.
— Потому что мне нужны были ответы. Ответы о «Пересмешнике», потому что мне не плевать на судьбу моей страны и моих товарищей в этой войне. А ещё — мне нужны ответы о «Зеркале»…
«Потому что мне кажется, что они…» — промелькнуло у меня в голове, но я отрезал эту мысль. Отрезал, потому что не привык делать поспешных выводов.
— … потому что они могут пролить свет на положение дел вокруг «Пересмешника», — докончил я.
Орлов устало засопел. А потом отступил. Снова медленно пошёл в гору.
— Патриот, значит, — проговорил он при этом. — Идеалист. Ну, судя по тому, что написано в твоём личном деле о твоих заслугах, это не мудрено. Отдать столько сил, так часто рисковать жизнью и не стать патриотом — это просто невозможно.
— Я реалист, товарищ капитан, — поправил его я.
— Слушай, Селихов, — помолчав некоторое время, продолжил Орлов, — а почему ты решил, что я могу что-то знать о каком-то там «Зеркале»? Я, по-твоему, единственный человек, кто работает в КГБ? Эдакий всеведущий и всезнающий офицер, что трудится во всех отделах разом и всюду успевает?