Нафтали с изумлением повернулся к дыре, уставился в неё, словно стараясь рассмотреть, кто и в кого стреляет.

— Вроде нет, — прошептал особист.

— Наши подходят? — снова предположил Маслов.

— Вряд ли, — Шарипов покачал головой. — Десант тут, в такую погоду, не скинуть. Внезапно не напасть. А «Аистов» осталось немного, насколько я могу судить. Они не стали бы сопротивляться. Подойди хоть взвод наших — просто ушли бы.

— «Аисты» убивают друг друга, — сказал я.

Шарипов обернулся. Кивнул.

— Похоже на то.

Я глянул на Нафтали. В выражении его лица не осталось и намёка на ярость. Теперь его можно было описать не иначе как смятение.

Тогда я попросил Маслова перевести ему ещё кое-что.

— Вот что бывает, когда командир опирается не на дисциплину и дух товарищества, а только на собственную силу и страх подчинённых, — сказал я Нафтали. — Твои люди тебя уже похоронили. И теперь ищут тебе замену.

Нафтали не нашёлся, что ответить. Он только и мог, что волком смотреть на меня и, оттопырив нижнюю губу, бессильно скалить зубы.

* * *

— Я не хотел, чтобы до этого дошло, — сказал Шер, вытирая окровавленный кинжал о рукав кителя.

Абдула мрачно смотрел на тело мёртвого Торйалая, лежащее у их ног.

— Всех его людей нашли? — спросил Шер у могучего моджахеда.

— Троим удалось уйти, — сказал Абдула, не отрывая взгляд от трупа бывшего младшего командира «Аистов».

— Видит Аллах, это был его выбор, — сказал Шер.

Их спор зашёл в тупик. Тогда Торйалай бросился на Шера с ножом в руках. Замешкавшийся Абдула и глазом не успел моргнуть, как молодой моджахедин заколол Торйалая.

Торйалай стоял на своём. Сначала он пытался убедить их обстрелять мечеть из миномётов. Когда понял, что ни Шер, ни Абдула не в восторге от такой идеи, даже попытался договориться с Абдулой о штурме.

— Штурм будет самоубийственным, — сказал ему Шер тогда, — а ты, помнится, не хочешь жертвовать своей жизнью, чтобы спасти Нафтали. Тогда чьей же жизнью ты готов пожертвовать? Жизнями Абдулы и его людей?

После этого началась перепалка. Видя, что Абдула колеблется между своей мыслью о штурме и предложением Шера о переговорах, Торйалай вышел из себя. Тогда перепалка быстро переросла в поножовщину.

Люди Торйалая, видя, что Шер убил их вожака, сразу попытались отомстить. А это уже привело к перестрелке.

«К счастью, у этого дуба Абдулы, — думал Шер, когда всё закончилось, — хватило ума не вносить ещё больший разлад в отряд».

Шер знал, что Абдула не хочет развала «Аистов». Что он недостаточно решительный для таких шагов командир. Что он боится потерять своё место.