Глава 25
Московский особняк барона Росса. Это же время
Засвистел закипевший чайник. Гуров, закрыв папку с распечатками медицинских статей, встал из-за стола. Глянув в окно на сереющее небо, подошел к плите, выключил огонь и приступил к нарезанию бутербродов и завариванию чая. Готовить безопасник умел, но не любил, однако в громадном доме, кроме него, хозяина да врача рода, никого не было. Приходилось самому.
Тут тренированный слух воина уловил практически беззвучные шаги. Не оборачиваясь, мужчина поинтересовался:
— Алевтина, как он?
— Уснул. Сканирую постоянно. Через сорок минут пойду проверять данные. Но и так уже очевидно, что мутация внутренних органов стремительная. Обезболивающие действуют слабо, — с грустью отметила врач. Сев на стул, она поставила локоть на столешницу и устало подперла щеку кулаком.
Оба слуги рода Росс прекрасно осознавали, что это значит: господину светит государственная специализированная клиника. А вот выйдет ли из нее Константин Александрович живым — большой вопрос.
— Чаю? — предложил Гуров.
— Давай, — со вздохом ответила Алевтина Федоровна, и тут же перед ней появилась кружка с горячим ароматным напитком.
— Ты расшифровала данные на Метельскую?
Опытный врач нахмурилась.
— Скажу тебе то же, что и господину: первичный анализ показал — мутаций нет, — сообщила она слегка недовольно. — Но ошибки не исключаю. У девушки два источника, к тому же просто сумасшедшие энергопотоки. Да и, как понимаешь, я не каждый день с двойными звездами сталкиваюсь. Тут куча нюансов, еще и твои подчиненные усложнили задачу, — попрекнула сердито. — Зачем, спрашивается, считывать данные с двух метров⁈ Не могли, что ли, подложить ей куда-нибудь сканирующие артефакты?
— Ну уж извини, — безопасник театрально развел руками. — Ты утверждала, что для полноты картины важно снять с нее показания при нагрузке, а Константин Александрович приказал просканировать максимально незаметно. Воины несколько часов держали полог невидимости, пока девочка тренировалась. Сама знаешь, сколько это «удовольствие» сил отнимает. Так что не надо на бойцов пенять, — он сердито насупился. — Вот не зря тебя господин перестраховщицей считает: вечно все по тысяче раз перепроверяешь, еще и на холодную воду дуешь.
Алевтина фыркнула, но промолчала. Обняв ладонями кружку, она, казалось, погрузилась в раздумья.
Похрустев сушкой, Матвей залпом выпил напиток и негромко произнес:
— Аль, прости, погорячился. На нервах вторые сутки.
Женщина поморщилась.
— Да что уж, ты прав, я действительно перестраховываюсь. Не имело смысла сканировать ни тебя, ни воинов. Разве что Метельскую: физическая близость-то у них с бароном была. И пусть я не выявила у девушки вируса, но мало ли. Уже ничему не удивлюсь, — Алевтина рвано вздохнула.