Надо отдать должное Виллэлю, он не только умел застращать окружающих, но и показал себя эффективным организатором, умудрившись в рекордно сжатые сроки пристроить к делу готовки всех, кроме Норандириэль. Хотя, весомость вклада принцессы нельзя недооценить. Напоенная отваром от икоты эльфийка восседала на камне величаво как чернокожая царица и все дружно согласились, что так от нее вреда точно не будет. Она демонстративно дулась как мышь на крупу. Ее игнорировали.
— Суровый он у тебя. — тихо сообщила Лисса, ловко счищая кинжалом чешую со своей рыбины, и прежде, чем я успела ответить что-то язвительное, добавила. — Но запасливый. Скажи, подруга, когда вы успели-то?
У меня дело тоже спорилось, хотя чистить форель обоюдоострым кинжалом раньше не приходилось и вообще предпочитаю рыбочистку.
— Что именно? — вяло уточнила я.
— Как что? Супружеский долг исполнить. Вот что. — прошептала собеседница, и я едва не оттяпала себе палец от удивления.
Слава богу, обошлось без травматизма. «А она-то откуда знает?» — ткнулась в голове ошалелая мысль. — «Шифровались вроде как пара шпионов. Да я и сама была не в курсе пока до самой пещеры не дотащил. Опять же дров приволокла с телегу, а Виллэль рыбой обеспечил, хотя уходил вроде как на охоту. Может, поэтому? Удочки-то у него не было».
— Как вы умудрились-то? Холод вокруг собачий и снег. Твой-то всю дорогу с тебя разве что пылинки не сдувает, а тут — на тебе! И не побоялся что простудитесь. Он-то ладно. А ты у нас теперь вся такая нежная, ранимая…– вкрадчивым шепотом продолжила вещать колдунья.
— Да с чего ты вообще это взяла? — картинно закатила глаза я и чуть снова не рассталась с пальцем. М-да. Надо быть внимательнее с острыми металлическими предметами.
— Только не надо из меня дурочку делать и строить невинные большие глазки. Я — не эльф. Не растаю. — хмыкнула Лисса. — Ты только посмотри на своего. Довольный как кот, наевшийся сметаны. Даже моего от себя не гоняет. Обещал научить готовить походный вариант лапши. С чего, интересно, такая щедрость натуры у эльфа обнаружилось? У него же раньше снега было не допроситься.
— А ты просила? — удивилась я.
— Нет, конечно. Да и не о снеге я.
— Не о снеге, так не о снеге. — пожала плечами я, любуясь на совершенно гладкие бока форели.
Рядом раздалось фырканье левбая. Я вздрогнула и, конечно, уронила в снег и кинжал и саму рыбину. Деликатес обнаружился сразу, а вот кинжал пришлось долго нащупывать, матерясь сквозь зубы. В это время клыкастая коняшка умудрилась слопать заботливо счищенную чешую, утянуть рыбные потроха вместе с горькими жабрами, пару раз лизнуть упущенную рыбину, получить по наглой конской морде и ретироваться пока мы не разозлились окончательно.