Как можно осторожнее ступила на подоконник. Еще не хватало глупо самоубиться раньше, чем благоверного настигнет праведный гнев. Прижалась к окну. К моему ужасу, оно открывалось вовнутрь и не было заперто на щеколду или на что-либо подобное. Потеряв точку опоры, я полетела вперед, вопя во все горло:
— А-а-а-а! Тры-ы-ын-н-нде-е-ец!!!
Присутствующие обернулись, на их лицах застыло невероятное удивление. Следом ворвался ветер, задул свечи. Влетели вороны и с карканьем заметались по залу, в темноте натыкаясь на предметы, роняя что-то на пол. Послышался звон разбитой посуды, чья-то ругань, женский визг и крики. Но упасть мне не дали. Сильные мужские руки подхватили, прижали к мускулистому телу, поволокли куда-то во тьму. Я принялась брыкаться, пинаться стараясь высвободиться из непрошенных объятий. Да-да. Непохоже на благодарность с моей стороны. Но как по мне, спас даму от падения — поставь на пол, а не тащи не пойми куда.
— Заканчивай драться, радость моя. — вкрадчиво шепнул на ухо голос супруга. — Иначе завтра будешь выходить замуж за абсолютно синего эльфа.
Если Виллэль рассчитывал урезонить меня, то просчитался. Я принялась сопротивляться с удвоенной силой. У меня словно второе дыхание открылось.
— Я не пойду за тебя замуж, извращенец! — зашипела я. — Не важно синий ты при этом будешь или зеленый. Да хоть фиолетовый в крапинку! Поставь меня на пол и оставь в покое. Дверь сама найду. Ну, или нащупаю.
— Счастье мое, не надо ничего и никого щупать. Ты не можешь не выйти за меня замуж. Скажи хоть двести раз подряд «нет» завтра жрецу у алтаря — это ничего не изменит. Мы уже женаты. Просто смирись с этим фактом. — в голосе благоверного отчетливо ощущался смех.
Его явно веселило происходящее. Я же начинала доходить до точки кипения. Тем временем он затащил меня в какую-то похожую на кабинет комнату и плотно прикрыл дверь. Здесь горели свечи. Помимо стола, мягких кресел с диваном, даже камин имелся и шкура какого-то животного перед ним. В другое время свечи, камин, шкуру перед ним нашла бы романтичными, но не сейчас. Сейчас безумно хотелось задушить Виллэля и точно не в ласковых объятьях.
— Ты мне соврал. — с нажимом сообщила супругу, с вызовом глядя в сапфировые глаза. — До нашей комнаты вовсе не пять окон.
— И ты рисковала жизнью, чтобы сообщить мне об этом? — искренне удивился тот.
— Мы же договаривались не врать друг другу. — напряженно напомнила я.
— Виновен, подозрительная моя. Я просто не хотел чтобы ты волновалась. Кто ж знал, что тебе взбредет в голову проверить.
— И в чем ты еще мне лгал? Ах, да. Ты говорил, что гарем не твое. А теперь набираешь наложниц?