— Фонарик выдадим, — буркнул он.

— Не-е… Мой мигает! И вот ещё — синим светит. Смотрите, о как!

Посветил, помигал.

Отставной военный вздохнул на заморочки зумера.

— Где вас, таких, находят, а? — проговорил он с досадой.

— Так я сам пришёл, — расплылся я в улыбке. — У вас, говорят, премии дают и на планёрки ходить не надо. Ха!

— Пошли, студент, — проворчал дедок, развернулся и шагнул в сторону выхода.

Он щёлкнул замком на двери бытовки, где остались мои вещи и рюкзак. Затем повёл меня в домик охраны — местную дежурку. Просторное помещение с низким потолком и пластиковыми окнами, с сеткой от комаров. Вдоль стен — столы с мониторами, на которых плясали кадры с камер наблюдения. У стены — стойка с рациями, заряжающимися на док-станциях, рядом — старенький телефон с кнопками и какой-то пыльный журнал. У двери — вешалка с жилетами и дождевиками. Несло кофейной гущей, резиной и мужиками, давно не нюхавшими дезодоранта.

В комнате уже сидели двое. Один откинулся на диванчике, второй возле столика дул на кружку с чаем.

— Вот, студент, — дед кивнул в их сторону. — Это твоя смена. Сегодня сутки с ними. Днём сидите на жопе ровно, в мониторы пялитесь, бдите. Камеры — круговая, подсветка есть. А вот ночью — обход. Каждые два часа. Маршрут по периметру, два километра. За ночь четыре круга сделать надо, чтоб не расслаблялись.

— О как… — почесал я затылок, кося взглядом на напарников. — А пестик дадите?

— Сначала экзамен сдай, — буркнул дед и вышел, хлопнув дверью.

Напарники молчали. Я выдохнул, подошёл ближе и протянул руку:

— Максим, — и улыбнулся с энтузиазмом молодого спаниеля, дорвавшегося до настоящей охоты.

Первый, черноволосый смуглый бородач с тяжёлым взглядом, нехотя буркнул:

— Ибрагим.

— Миша, — кивнул второй с бритым черепом, не вставая.

Значит, молчуны. Но на службе — это, скорее, плюс.

Рукопожатия у напарников крепкие, с нажимом. Морды — туповатые, как у старины Джеффа Дэниэлса, только без его добродушия. С головой, может, не шибко дружат, зато кулаки у них знают своё дело.

Я достал жестяную банку с чипсами и стал хрустеть, глядя на них.

— Хотите? — улыбнулся по-дружески, протягивая банку.

Те даже не глянули. Один уткнулся в смартфон, второй вытащил на секунду наушник, что болтался в ухе, и вновь сунул его обратно.

Я наблюдал и анализировал. Форма на них «Легионовская», но сидит не по размеру, как будто с чужого плеча. Коротка кольчужка. У бородатого — уши-пельмени, хрящи ломаные. Значит, борец. Ничего себе, дачный ЧОП у Валета. У того же бородача — татуировка на арабском на кисти: «الذئب الأسود» — «Чёрный волк». Такой знак я видел однажды в уголовном деле — связаны с наёмниками из ближневосточной ЧВК. Еще обратил внимание на котлы у лысого — фирмА. Такие стоят, как годовая зарплата охранника.